Город-мечта

— Слишком рано… — мрачно сказал Кукушкин, глядя на подходящий к посёлку авангард армии.

— И что-то мне подсказывает, что это не к добру! — согласился с ним Намжалдоржо.

Мы ждали подхода основных сил через пару дней. Но армия вернулась раньше. Люди отряд за отрядом выходили из-за холма. И по усталым лицам солдат было понятно: им совсем не нравится то, что сейчас происходит.

Впрочем, не надо быть гением, чтобы понять, кто заставил армию спешить. Если в первую ночь под стенами выла одна стая бестий, то во вторую ночь — их было уже три.

А значит, наверняка не оставили без внимания большую и потенциально вкусную армию Алтарного. И пусть наша армия была слишком велика для них, но я-то помнил, какие толпы бестий носились в горах…

Радовало лишь то, что на берегу реки, у посёлка каменотёсов, стояло множество плотов. Их успели сделать штук четыреста, ещё когда мы только шли на бой с работорговцами. Каждый плот легко мог выдержать до десяти человек с поклажей.

Деревьев тогда навалили столько, что мама не горюй! И у Намжалдоржо остался немалый запас, и плотов построили много. А каменотёсы, пока мы ходили в поход, доделали оставшиеся. Значит, за дальнейший путь армии можно было не волноваться.

И я был в этом уверен, пока не пришла Кострома.

— Их тысячи! — мрачно сообщила наша валькирия. — Разведчики видели, как бестии идут от гор.

Она как пришла, сразу отправилась искать меня и Кукушкина. А вместе с ней пришли и другие лидеры армии.

— Новости так себе… — согласился Кукушкин. — Так что ты предлагаешь?

— Всё добро и людей прямо с марша грузить на плоты! — ответила она. — И отправлять в Алтарное! Вот прямо сейчас!

— Согласен… — неожиданно заявил Пирогов. — Там орда этих тварей прёт… Встречать их в чистом поле — самоубийство.

— Что говорят Витя и Пилигрим? — нахмурив брови, спросил мэр.

— Поддерживают целиком и полностью! — вступил в разговор Дунай.

Кукушкин покосился на меня и вздохнул:

— Да чего его спрашивать? Он готов был привязать себя к дереву и сдохнуть с голоду, лишь бы этих тварей не кормить…

— Если бы я знал, сколько их — вообще бы никуда из Алтарного не пошёл! — признался я.

— У-у-у! — подтвердил от края навеса Русый, который сегодня выглядел подозрительно смирным.

И даже тихим.