Горькая любовь, или Она не ты.

– Если комп гикнулся, если документы не получится восстановить… Заплатишь мне за испорченную технику, плюс сумму, в которую компании обойдётся восстановление договоров. А если из-за этого сорвётся хоть одна сделка…

– Я заплачу! – торопливо заговорила девушка. – У меня накоплено тридцать тысяч, я все отдам.

– Тридцать?? Этот компьютер стоит почти пятьсот!

– Но у меня нет столько… Может быть, его можно починить, это же дешевле обойдётся? – девушка так побледнела, словно вот-вот свалится в обморок.

– Будешь работать без зарплаты до тех пор, пока не отработаешь долг, – рыкнул Роман, нервно водя пальцем по дисплею телефона.

– Я  не отказываюсь возместить убытки, но не могу работать  даром  – мне нужно платить за жильё и еду.  А рабство в нашей стране запрещено! – храбро возразила девушка.

Роман оторвался от сотового и задумчиво посмотрел на  растяпу –  рабство, говоришь? Ну-ка, пошли со мной в кабинет зама, поговорим спокойно, пока  техники посмотрят,  окончательно ты угробила мне машину, или что-то ещё можно спасти.

На ватных ногах Лиза  шла вслед за  мужчиной, грустно размышляя, что первый рабочий день у неё как-то не задался.

И вообще, в жизни всё идёт наперекосяк…

Нет, до маминого замужества они жили вполне нормально. Даже хорошо – это она понимает с высоты теперешних проблем. Но тут нарисовался дядя Слава, и маму словно подменили. Влюбилась, как девочка.

Долгое время Лиза недоумевала – как можно в такого влюбиться?  Дядя Слава, довольно грузный и не особенно опрятный мужчина под пятьдесят, очень любил  поучать и поесть.

Вот он и её почти съел и переварил.

Умом Лиза понимала, что мама ещё довольно молода, на момент  знакомства с дядей Славой ей было всего-то тридцать восемь.  Что она хочет тепла и настоящую семью, а не так, как у неё получилось в восемнадцать лет: будущий отец, только услышав о беременности подруги, тут же испарился в неизвестном направлении, и мама поднимала дочь в одиночку.

Девочка выросла, того и гляди, упорхнёт во взрослую жизнь, и маме не хотелось остаться одной.