Глазастая, ушастая беда

Жанна положила на стол телефон, постучала пальцем по экрану, и мы с Борисом услышали диалог. Первые слова произнесла Жека:

– Сыночек, я так люблю кисоньку!

– О ком речь, мама? – поинтересовался мужской голос.

– Неужели не понятно?

– Нет.

– О твоей эскимосской красавице.

– Ты же ее никогда не видела.

– Ну да.

– Как можно любить того, с кем никогда не встречалась?

– Э… ты о ней много рассказывал.

– Мать! Я никогда долго не болтаю. Длинная речь утомляет.

– Ну… я чувствую, как ты переживаешь.

– Из-за чего?

– Кого.

– Да и фиг с ней! Другую куплю.

– Петенька! Как же так, она живая, любит тебя.

– Аха-ха!

– Вдруг ее обижают?

– Мама!

– Надо нанять сыщика."

"– Мама, извини, я занят. Мне пора!

– А если ее похитили?

– Кошку?

– Ну не меня же! Бедную девочку, ей, наверное, сейчас плохо, страшно!

– Мама! У меня совещание.

– Вдруг за Китти выкуп потребуют?

– Вот тогда я и стану думать, как быть. Все. Я ушел.

Дюка встала.

– Ванечка, где у вас можно носик попудрить?

– Туалет для гостей в самом конце коридора, – объяснил я, – последняя дверь.

Борис встал.

– Я провожу вас.

– Ой, не надо, – кокетливо скосила глаза Дюка, – лучше сделайте вид, что не знаете про мой носик.

С этими словами красавица упорхнула за дверь.

– Ванечка, – защебетала Жанна Николаевна, – ой, какой у вас вкусный чаек! Расскажите секрет заварки.

– Хочется съесть кусочек чудесного пирога, – сказала Николетта. – Не сомневаюсь, что Боря приготовил его восхитительно.

Я схватил свою чашку и залпом осушил ее.

Примерно четверть часа Жанна Николаевна и Николетта пили чай, беспрестанно выражая восторг по поводу прекрасной выпечки. В конце концов я стал опасаться, что Дюка утонула в унитазе. Похоже, у Бориса появились те же мысли, он улучил момент, когда дамы стали беседовать друг с другом, и вопросительно взглянул на меня. Я незаметно покачал головой. Нет, не надо нестись к санузлу, стучать в дверь и вопрошать: «У вас все в порядке?» У некоторых дам случаются нарушения желудочно-кишечного тракта.

Телефон Николетты на столе звякнул. Маменька бросила взгляд на экран.

– Нам пора. Жека, вперед!

– Всегда готова, – заявила мать Петечки.

Дамы встали.

– С вами еще Дюка была, – напомнил я.