Глазастая, ушастая беда

Таисия пустилась в объяснения:

– Они невероятно заботливы по отношению к посторонним, собирают деньги для покупки лекарств больным, беседуют с теми, кто пал духом, читают книги слепым…

– Как волонтеры, – уточнил я.

Орехова подняла указательный палец.

– Справедливое замечание, но надо всегда выслушать человека до конца. Да, горе-люди похожи на волонтеров, но есть одно принципиальное отличие. Милосердный человек не забудет о своих детях, накормит, оденет, обует их, а потом станет помогать другим. А у горе-человека дома бардак, собственные малыши на пятидневке, до своей семьи ему дела нет, он весь истово отдается заботе о чужих людях.

Бывают учителя, у которых сыновья-дочери – двоечники, врачи, которые у своего ребенка кашель не лечили, и он в пневмонию перерос, ученые, изобретающие нечто для облегчения жизни всего человечества и не видящие, что у дочери велосипед сломан… От таких надо держаться подальше. Когда Алла подружилась с Ириной Евгеньевной, директрисой интерната, я, дурочка, очень обрадовалась. Начальница благоволит к сотруднице, постоянно ей премии выписывает, Вадик в интернате на особом счету, мальчика поселили в комнате на двоих. Сосед у него смышленый добрый мальчик, дети подружились.

Я насторожился:

– Как звали приятеля Вадима?

– Не помню, – пробормотала Таисия, – у него вроде была тяжелая детская травма головы. Ирина Евгеньевна за него переживала. Мальчик тот умер, ему, наверное, лет четырнадцать тогда было.

– Кто такая Ирина Евгеньевна? – осведомился я.

– Я уже пояснила, директор приюта, – напомнила Таисия, – с виду добрая женщина, Аллочку жалела, да сама из горе-людей оказалась.

У племянницы беда за бедой пошла. В интернат кто-то принес менингит!

– Ой-ой! – воскликнул я.

– Да, ужасная болезнь, – согласилась Таисия, – ее обычные-то дети, здоровые по всем параметрам, тяжело переносят. А в приюте кто ходить не может, кто не сидит, кто лежит. И вымерла у них половина состава воспитанников, если не больше. Мы Вадика тогда спешно забрали, да поздно, он успел подхватить заразу.

Уже думали, что простимся с мальчиком, но Вася нашел прекрасную клинику. Вадика туда отправили, вылечили. Однако у него произошел регресс психики, пропали почти все навыки, которыми паренек до заразы владел. Не успели мы его домой забрать, новое горе – Алла свалилась с менингитом и быстро сгорела. Врач сказал, что она ослаблена, много работала, не отдыхала, мало и однообразно питалась. Молодой женщине сил не хватило на борьбу за жизнь.