Глазастая, ушастая беда

Но как он мог поддаться на уговоры моей матери?!

Я поднял руки.

– Примите мои извинения. Если решили наказать меня за противоправные действия, не стану возражать. Вы со всех сторон правы.

Борис занервничал.

– Разрешите, я объясню. У Ивана Павловича есть мать, госпожа Адилье…

По мере того как батлер весьма откровенно обрисовывал ситуацию, Петр все шире и шире улыбался. А когда Боря произнес: «И Жанна Николаевна заверила, что в ваших владениях охрана наблюдений не ведет», – владелец «дома без людей» застонал от смеха.

– Ну, Боря! Уж прости за амикошонство, но я более не могу вести беседу на «вы». Ладно Иван, с ним все понятно. Но ты! Да, охрана не видит мою территорию. Но я! Я-то могу в любую секунду туда заглянуть! Понятное дело, что едва Подушкин вошел, ко мне прилетело сообщение: «Несанкционированный доступ». Я включил обзор. Ба! Незнакомец. Через минуту гугл всю информацию на «взломщика» выдал. У меня в спальне много дорогих вещей, но вора привлекли только книги. Он смотрел на них так же, как я гляжу на чужие интересные библиотеки.

Я подавил вздох, но Петр понял мое состояние.

– Да, ты, Иван Павлович, пораженец. Не можешь Николетте хвост прищемить. Я тоже с матерью не спорю, но отстоять право на неприкосновенность собственной территории способен. Я ее к себе не пускаю. Решил поговорить с тобой, и тут! Письмо!

– Я чувствую себя полным идиотом, – признался я, – должен был догадаться, что в дом, который весь напичкан электроникой, хозяин может заглянуть в любую секунду.

– Это моя вина, – расстроился Боря, – совсем обезумел.

– Ну, парни, – веселился Петр.

– Сейчас отдам, – засуетился Борис, наклонился над Демьянкой и взял Китти.

«Кошка» вцепилась в собаку, Боря решил применить силу. Демьянка принялась отчаянно лаять.

– Фу! Нет! – велел ей батлер.

Китти завопила:

– Не-е-ет! Не-е-ет! Не-е-ет!

Петр замахал руками.

– Все, все! Оставьте кошку себе. Парень, который сделал Китти, реально молодец. Я его к себе переманил, открыл фирму. За такими игрушками будущее.