Герцог в моей постели

Если понадобится, помоги ей выбрать для нашего гостя чашку и блюдце посимпатичнее. Полагаю, – с сарказмом в голосе добавила она, – как истинный джентльмен его светлость предпочитает посуду поизящнее, в какой-нибудь мелкий цветочек…

У Брэя не было сомнения в том, что решение Луизы подать ему чашку «поизящнее» было продиктовано желанием его позлить, хотя бы потому, что, произнося эти слова, она выразительно посмотрела на большие сильные руки Брэя. Глядя на них и на крупную фигуру Брэя, трудно было не догадаться, что он ненавидит все эти микроскопические чашечки, из которых обычно пьют чай или кофе леди, и предпочитает посуду попрочнее.

"– И чем меньше, тем лучше! – с тем же сарказмом произнес Брэй вслед Гвен, словно желая сказать: «Ваш вызов принят, мисс Луиза! Что ж, мы еще посмотрим, кто кого…»

– А вам, Сибил и Бонни, – распорядилась Луиза, – пора начинать занятия! Время игр на сегодня кончено. Мисс Киндред, наверное, уже заждалась вас!

– А мне что делать, сестренка? – спросила у нее Лилиан.

Луиза на минуту задумалась.

– А ты, пожалуй, сыграй-ка для его светлости на фортепиано. Такому изысканному джентльмену, как он, наверняка понравится пьеса, которую ты разучивала вчера.

– Да я еще не разучила ее как следует… – пожала плечами та.

– Ничего страшного, – усмехнулась Луиза, – я думаю, его светлость не станет тебя ругать, если ты где-то ошибешься. Не так ли, ваша светлость?

«Черт бы вас побрал с вашей музыкой!» – хотелось заявить Брэю, для которого не было большей пытки, чем сидеть в опере, даже если играли лучшие музыканты, не говоря уже о том, чтобы слушать неумелую игру какой-то девицы.

– Мне будет очень приятно, мисс Лилиан, если вы сыграете нам, пока мы обсудим одно дело с вашей сестрой.

Каждая из сестер покорно отправилась туда, куда направила их старшая.

– Да что же мы стоим здесь? – картинно всплеснула руками Луиза. – Покорнейше прошу прощения… Входите, ваша светлость!

Во взгляде девушки читалось, что все это спектакль и она вовсе не сожалеет о том, что заставила гостя так долго стоять в холле. Сомнений в нежелании Луизы Прим соединиться с ним узами брака у Брэя уже не оставалось.

– Сюда, пожалуйста, в гостиную… – проговорила она.

– Фортепиано, насколько я понял, там? – уточнил он.

– Совершенно верно.