Навязанная жена

Глядя в голубые глаза Мариг, ему было проще поверить, что любимая женщина могла быть ему неверна, чем в то, что произошло на самом деле. Но все-таки часть души Джефрэйса была отравлена сомнением, так ему было легче жить.

Знал ли он, на ком женился? Ни в тот момент, ни после Джефрэйс этого не знал. И о том, что в Ворстхолле издревле живут сильфиды, отправляясь туда войной, он тоже не знал. Казалось, должен был бы заметить странности, имевшие место в этом походе. Трое его старших сыновей, они погибли, один погнался в лесу за косулей и упал в ловчую яму с кольями, другой заблудился, и сгинул в болоте, а третий сорвался со скалы.

Почему так произошло?

Ему бы остановиться, поинтересоваться, но князь ничего не слышал, его будто вела куда-то крепкая нить, тянувшаяся из сердца. А, увидев Тильдир, понял, что принадлежит ей навеки.

Невозможно закрыть свое сердце от дочерей сильфид.

Не всем видим свет, что скрывается в них, и не во всех возникает к ним привязанность, лишь в тех, кого выберет сама.

Та привязанность, будь то дружба или любовь, крепка как смерть. Любить дочери сильфид могут лишь одного единственного, кого выберет их сердце. И только с ним могут иметь детей.

* * *Прошло некоторое время и странное, неизъяснимое состояние блаженства отпустило Мариг.

Понемногу вспомнила, что она в спальне своего мужа.

В постели своего мужа, в его объятиях… Спят? Она не сразу смогла прийти в себя, а, осознав, что между ними произошло, пришла в смятение.

Захотелось немедленно сбросить с себя его руки и бежать.

Почувствовав, что она напряглась, Дитерикс проснулся. Тонкое тело жены стало отодвигаться, он инстинктивно сжал руки, вдавливая ее в себя. Не дать ей отдалиться. Не сейчас. Отвернулась.

— Я… — услышал сбивчивый шепот.

— Что? — выдохнул в ответ, касаясь рукой волны черных волос.

— Я хочу уйти, ваше величество.

Так холодно. Словно провалился с головой под лед. Отнял руку, она не пошевелилась. Молча встал, оделся и вышел.

Мариг казалось, она вовсе не сможет уснуть в этой постели.

Однако стоило ей остаться одной, сон сморил ее в считанные минуты. В отличие от Дитерикса. Он еще долго стоял у открытого окна в спальне своих северных покоев. Морозный воздух выстудил комнату, но холод был приятен, холод был сродни холоду, поселившемуся в душе.

Глава 17

Проснувшись затемно, Дитерикс велел оседлать коня и ускакал в лес. Сопровождению, высланному начальником стражи, запрещено было приближаться.