Формула искренности, Слр, 18+

— Что это?

Показывает она ложечкой на мой желтый с прослойками шоколада. У нее такого нет. — Попробуй.

Отламывает кусочек. — Ммм!!! Предлагаю обмен! — На какой?

Тоже пробую его — это манго с шоколадом. — Малину? — облизывает она розовый, медленно проходясь по нему язычком. — Не хочу малину, — улыбаюсь я. — Давай, что-нибудь другое.

Пробует коричневый, добираясь до него язычком. — Тирамису! — А третий? — улыбаюсь я. — Какой ты привередливый!

Но послушно пробует. — Что это?… — задумчиво. — Оближи еще.

Послушно ведет по нему губами.

Не сдержавшись, подаюсь к ней ближе и притягивая за шею к себе облизывая с губ мороженное. — Это брусника, — шепчу ей в губы. — Отдай мне бруснику. — Не могу. Она понравилась мне больше, чем твоё манго, — шепчет в ответ.

И улыбаясь мы продолжаем есть своё мороженое.

На улице уже темно.

Последнюю ложечку манго я скармливаю ей, получая ответный реверанс с брусникой.

Теона, показательно смотрит на часы, поднимая бровь. — Поехали.

Расплачиваюсь.

Веду за руку к машине. Чувствую ее мандраж.

А мне совершенно спокойно, потому что…

Приезжаем обратно к ее дому.

Еще парочка горячих поцелуев. — До завтра, Теона, — шепчу я между ними. — Я буду очень ждать нашего «завтра». — Да ты «динамо», Сталкер! — хохочет она. — Мы что — не поедем к тебе? — Нет… — всматриваюсь в ее глаза. — Ты будешь ждать вместе со мной нашего «завтра»! Ты же будешь?… — Хитрец! — прищуривается. — Но тебе не изменить правил. «Завтра» не будет никогда!

Но я вижу, как она пытается скрыть улыбку, выходя из машины.

Посмотрим!

Глава 27

Сегодня обещают жару, а к ночи дождь. В груди вибрирует предвкушением и чувством острой влюбленности. Курю на балконе, рассматриваю соседнюю крышу и вспоминаю, как она «упала». Внизу живота опять сводит, как от ощущения падения. Сумасшедшая! В голове играет почему-то тот самый мотивчик, под который она зажигала тогда на крыше.

Надеваю футболку, бермуды…

Втыкаю наушники в уши, отыскивая ту песню.

Выхожу в подъезд, замыкаю квартиру.

Немного притормаживаю.

Нагружать нельзя…

Не надо об этом забывать. Может остаться хромота.

И через каждый пролет я даю ноге немного передохнуть. — Привет, Матвей! — догоняет меня Маришка. — Привет! — Как дела? Болит? — Отлично! Почти нет. У тебя как? — Каникулы!!! — радостно несется она вниз.

Улыбаясь иду следом, стараясь не ускоряться.