Фокус

Заранее пишу небольшое вступление: извиняюсь, что я криворукая, хоть обычно со мной таких промашек не случается, прошу прощения, что беспокою по пустякам и вторгаюсь без спроса в личное пространство. Отмахиваюсь от жужжащих мыслей, который роятся вокруг головы с транспарантом: «Ты снова навязываешься мужчине, Йо!» Приходится на минуту отодвинуть ноутбук, закрыть глаза и напомнить себе, что я не делаю ничего такого — просто пишу по делу человеку, который имеет к этому делу непосредственное отношение. Но на всякий случай еще раз добавляю, что мне очень неловко донимать такими пустяками.

Хорошо, что он все равно не в сети.

Хорошо, что мне хватает силы воли не поддаться любопытству и не рассмотреть аватар с явно реальным фото в более крупном размере. Иногда лучше не разрушать выдуманный образ. Кто знает, смогу ли я так же сладко просыпаться под звуки его голоса, если «Андрей» окажется совсем не таким, как я его представляла? Лучше не рисковать.

Я, как обычно, люблю посидеть допоздна. Включаю любимую инструментальную музыку, прячусь от всего мира в «наушниках» и просто смотрю в окно, за которым у меня, несмотря на январь и практически полночь, идет дождь. И даже почти начинаю дремать, когда чувствую слабую вибрацию телефона в кармане домашнего комбинезона.

У меня входящее сообщение.

От «Андрея»: он онлайн с телефона.

Глупо моргаю, только случайно успевая заметить начало фразы: «Привет, Йо! Ты…»

Мой палец почему-то зависает над значком сообщения.

Но это зависшее без окончания «Ты…» просто не даст мне спокойно уснуть. И в конце концов — мне же двадцать восемь, а не шестнадцать, и даже ожоги прошлого не должны настолько сильно влиять на мою жизнь.

Открываю окно переписки и чувствую легкое разочарование. Совсем чуть-чуть.

"Я пишу: «Спасибо большое, и еще раз прости за беспокойство!» до того, как понимаю, что отвечать было совсем не обязательно. Теперь это выглядит навязанной необходимостью написать в ответ хотя бы еще что-то. Пусть даже «Пока!» И самое скверное то, что мое сообщение уже прочитано, но ответ на него не приходит ни через пять, ни через десять минут.