Фокус

— Поэтому я приехала к тебе!

Лена нервно дергает за кулон на шее — еще один мой подарок. И кольцо на ее безымянном пальце — к нему в пару. У меня словно открываются глаза: я ведь не просто «был» с ней для галочки. Я пытался строить отношения. Первое время уж точно. Пытался быть хорошим заботливым мужчиной, не был жлобом, исполнял дурацкие прихоти и даже настоял, чтобы Лена ушла из своего офиса, где получала копейки и негатив. Организовал ей занятие по душе, чтобы она развивалась. Как бы пафосно это ни звучало — пытался тянуть ее до уровня той женщины, которая представляет из себя что-то большее, чем просто «хороший секс».

Шоры с глаз спали примерно через год, и я просто тупо забил, пустив все на самотек.

Можно сказать, пожинаю теперь, что посеял. Увы.

— Я ничего не понимаю, Андрей. — Ее губы начинают дрожать. В этот раз охотно верю, что слезы будут настоящими. Все-таки только что до Королевы начало понемногу доходить, что это — не просто очередная размолвка. А я не самый плохой вариант для тридцатилетней, неустроенной в жизни женщины.

Ладно, кажется, нам нужно поговорить, и точно не при ребенке.

Глава восьмая: Андрей

Уже слишком поздно, чтобы поговорить с ней на территории какого-то кафе, да и я еще недостаточно освоился, чтобы вот так за пять минут найти приличное подходящее место, где будет и детское меню, и игровая комната. Поэтому, скрепя сердце, приходится везти Лену к себе.

Вижу, что она раздумала изображать жертву и уже вовсю что-то набирает в телефоне. Краем глаза вижу, что снова что-то пишет в инстаграм. Не сомневаюсь, что прицепила туда фотографию питерского вокзала и дурацкую приписку в духе «Снова вместе!»

— У тебя есть где переночевать? — спрашиваю я, когда Лена, наконец, прячет телефон и снова хватает меня за колено.

— Не смешно, Андрей. — Даже в такой момент она пытается заигрывать и изображать секс-бомбу.

— Я и не смеюсь.

После этого Лена замолкает окончательно и до самого дома делает вид, что я прошелся грязными ботинками по ее большому и светлому. Честно говоря, однохренственно.

Дома Соня, пока я помогаю ей справиться со шнурками на сапожках, говорит мне на ухо:

— Пусть саблезубая тигла уходит.

— Она обязательно уйдет, Сова. Большее никаких саблезубых.