Если наступит завтра

Был одиночкой, и Рейнолдс терпел его только потому, что Купер был настоящим гением. Бульдогом с компьютером вместо мозгов. Он один вернул больше похищенных ценностей и раскрыл больше махинаций, чем все остальные следователи их фирмы. Рейнолдс никак не мог понять этого чертова Купера. Одно то, что тот сидел перед ним, уставившись на него темными глазами фанатика, выводило Рейнолдса из равновесия. Он приступил к делу: – Один из клиентов нашей конторы застраховал картину на полмиллиона долларов и…

– Ренуара.

«Сукин сын! – подумал Рейнолдс. – Если бы это был кто-нибудь другой, то я решил бы, что он выпендривается». А вслух пробормотал:

– Совершенно верно. Эта Уитни где-то припрятала Ренуара. Картину надо отыскать. Приступай к делу.

Купер повернулся и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Рейнолдс смотрел ему вслед и в который раз думал: «Настанет час, и я все-таки выясню, что в голове у этого мерзавца».

Купер миновал зал, где бок о бок трудились пятьдесят его коллег: программировали компьютеры, печатали отчеты и отвечали на телефонные звонки. Это был настоящий бедлам. Один из сотрудников бросил ему:

– Слышал, тебе поручили дело Романо. Повезло… Новый Орлеан – это…

Купер прошел, не ответив. Почему его никак не оставят в покое? Только это ему и нужно от них, но к нему продолжают назойливо приставать с настырными предложениями:

– Не хочешь поужинать с нами в пятницу, Дэн?.

– Слушай, Дэн, если ты не женат, мы с Сарой знаем симпатичную девчонку…

Неужели они не понимают, что его раздражает их навязчивость, что он ни в ком из них не нуждается?

– Мы только выпьем и все…"

"Но Дэниела Купера было не провести: он понимал, что за невинной выпивкой последует ужин, завяжется дружба, последуют откровения, а это слишком опасно.

Дэниел Купер жил в смертельном страхе, что кто-нибудь в конце концов разузнает о его прошлом.

Если бы Дэниел Купер решился поведать о своих чувствах, то на полную катушку обеспечил бы работой психиатра, но он не смел и пикнуть о прошлом.