Если наступит завтра

В компьютерах Интерпола не содержалось никакой информации о двухсотдвадцатифунтовом богатыре Монти.

В четверг вечером инспектор ван Дюрен, Дэниел Купер и констебль Уиткамп дежурили в номере отеля «Амстел» и прослушивали голоса внизу.

Голос Джефа:

– Я окажусь в банке ровно за тридцать минут до настоящего фургона, так что времени останется достаточно. Когда приедут инкассаторы, мы уже будем грузить золото на баржу.

Голос Трейси:

– Я попросила механиков проверить мотор и заправить машину бензином. Фургон готов.

– Ими остается только восхищаться, – заметил констебль Уиткамп. – Ничего не оставляют на волю случая.

– Рано или поздно все оступаются, – бросил инспектор ван Дюрен.

Дэниел Купер молчал.

– Трейси, когда все кончится, поедем на раскопки, о которых мы с тобой говорили?

– В Тунис? С превеликой радостью, дорогой.

– Отлично. Я все устрою. И с этого момента бросим все дела и будем развлекаться и наслаждаться жизнью.

– Лет на двадцать вашу жизнь устроят за вас, – пробормотал инспектор ван Дюрен.

Он поднялся и потянулся. – Что ж, можно расходиться. На завтра все готово – имеем право спокойно поспать.

К Дэниелу Куперу сон не шел. Он представлял, как Трейси хватает и ведет полиция, видел ужас на ее лице. Это возбуждало его. Он пошел в ванную и включил очень горячую воду. Снял очки, стянул пижаму и лег в кипяток. Задание почти выполнено – теперь она за все заплатит, точно так же, как он заставлял платить других шлюх. Завтра в это время он будет на пути домой. «Нет, нет, не домой, – поправился Купер.

 – К себе в квартиру. Дом – это то теплое, надежное место, где мама любила меня так, как никого в мире».

– Ты мой малыш, – говорила она. – Не знаю, что бы я без тебя делала.

Отец Дэниела исчез, когда ему было четыре года. Сначала он винил в этом себя, но потом мама объяснила, что это случилось из-за другой женщины. Дэниел ненавидел эту другую, потому что из-за нее плакала мама. Он никогда не видел ее, но знал, что она – шлюха, поскольку мама так называла ее.

Потом Дэниел радовался, что шлюха увела отца; ведь теперь мама принадлежала только ему. Зимы в Миннесоте были холодными, и мама позволяла ему забираться к себе в кровать и прижиматься к ней под теплым одеялом."

"– Вот вырасту и женюсь на тебе, – обещал Дэниел. Мама смеялась и гладила его по волосам.

В школе Дэниел всегда был первым в классе. Он хотел, чтобы мама гордилась им.

– Какой у вас славный мальчик, миссис Купер.

– Я знаю: умнее моего малыша никого нет.