Эта больная любовь

 Новые цепи

Войдя в комнату, я открыто принимаю хаос и неизвестность прегрешений.

Такое ощущение, что я не могу держаться от него на расстоянии, так же как и он не может держаться на расстоянии от меня. Мы кажемся полярными противоположностями, контрастирующими цветами, растянутыми по спектру, тянущимися друг к другу. Он — темнота для моего света, а я — цвет для его ахроматического мрака.

Эроу не похож ни на кого, с кем я когда-либо сталкивалась. Такое ощущение, будто он живет в мире своей собственной морали. Проживая жизнь просчитанного разрушения.

Он загадочный и слишком интригующий. Мужчина без лица, который нашел меня и принял как свою собственную куколку, укрыв меня под своим защитным крылом. Чувства, которые он вызывает во мне, неожиданны. Похотливые мысли преследуют меня в его присутствии, а его грубая агрессивность не отпугивает меня, оставляя лишь гадать, что этот мужчина может сделать дальше.

Желание — это опасная паутина, опутывающая меня в этой неослабевающей потребности в большем.

— Сначала мне нужно, чтобы ты задрала платье до колен, — инструктирует его глубокий голос, когда он закрывает за собой дверь."

"Тусклая угловая лампа освещает часть комнаты, которая, как я предполагаю, является своего рода офисом, судя по книжным полкам на стенах и большому письменному столу позади меня. Свет падает на большой глобус, похожий на полумесяц, по другую сторону стола; тень забирает с собой половину призрачно выглядящей планеты.

Воздух ускользает сквозь мои губы от непонимания того, что происходит.

Сексуально аморальный человек грешит против собственного тела, говорят нам. Но непристойные мысли терзали меня достаточно долго, и идея исследовать то, что кажется таким естественным для самой сути моей сущности, умоляет об освобождении.

Возле двери загорается маленькая настольная лампа, и я щурю глаза от внезапно усилившегося света. Сосредоточившись, я вижу, что Эроу снова надел маску на лицо. Мои глаза пробегают по его лицу, отмечая его рост и край татуировки в виде черной розы, выглядывающей из-под рубашки, и гадая, какое искусство ещё скрывается под его одеждой. Он делает шаг вперед, расстегивает две верхние пуговицы рубашки, обнажая горло и покрытую татуировками грудь.