Наследник для Валида

Сдает назад и я на мгновение выдыхаю, но ужас не заканчивается, Андрей опять заставляет мотор зарычать, каменею, потому что Зорин сдает назад, и опять ударяет по газам и, как в каком-то фильме о гонках, начинает кружить вокруг меня.

Прирастаю к земле. Пугаюсь до ужаса этих страшных маневров, резких поворотов, перед глазами мелькают то кузов, то бампер огромной машины, а вокруг меня на асфальте полосуются черные линии, которые с каждым разом проходят все ближе к тому месту, к которому я приросла.

Я не знаю, каким чудом Андрей не сбивает меня, ужасаюсь тому, что происходит посреди бела дня на улице, и просто отсчитываю угорелые удары сердца.

У меня в ушах гул и перед глазами черные пятна. Каждый раз, когда угорелый водитель делает очередной поворот, я молюсь богу, потому что кажется, что вот сейчас он меня заденет. Что вот прямо в этот миг я получу сильнейший удар и отлечу на землю, упаду переломанной куклой…

Слезы набухают в глазах. Не знаю, сколько длится этот ад. Секунды или же часы, я будто потерялась во времени и молю небеса о помощи.

Слезы катятся по щекам. Пока мой мучитель кружит вокруг меня обезумевшим железным зверем, доказывая свою безнаказанность, показывая, насколько крут человек, сидящий за рулем дорогого авто, и насколько мелкой может быть жизнь простого человека, моя жизнь…

Двинуться не могу. Убежать не могу. Боюсь вдохнуть лишний раз и лишь надеюсь, что этот ужас прекратится, но этого не происходит…

— Пожалуйста… боже… пожалуйста… прекрати… — шепчут губы…

Автомобиль мелькает перед глазами так быстро, что у меня уже голова кружится, и в тот самый миг, когда мне кажется, что я сейчас окажусь под колесами внедорожника мажора, я слышу звук.

Громкий. Рычащий. Скрежет оглушает настолько, что я прекращаю следить за кружащей вокруг меня тачкой и перевожу взгляд в сторону огромной агрессивной машины.

Матово-черной, с огромными шинами…

Этот автомобиль… я его однажды уже видела… мельком… среди припаркованных автомобилей у особняка Байсарова…

Его невозможно забыть.

Абсолютно темная. Черная. Непроглядная. С затемненными окнами…

Смотрю в лобовое. Пытаюсь увидеть того, кто сидит за рулем этого зверя, но ничего не получается. Однако это не мешает тому, что мое сердце начинает биться еще более отчаянно, и я шепчу одними губами:

— Помогите… пожалуйста…

Не знаю, к кому именно обращаюсь.