Эгоист

Хочется сделать шаг, чтобы прошептать ответ, напитанный гневом. Я делаю и вмиг попадаю в прошлое, где много его запаха, сладких долгих поцелуев, вкус сицилийского вина. Звездное небо, шум прибоя, много-много апельсинов. Смех, счастье…

«Мне кажется, я в тебя втрескался, жемчужинка».

– Но оставь их себе.

Майк разворачивает мою ладонь внутренней стороной и вкладывает в нее закрытую упаковку с презервативами.

Подмигивает.

Все у него как-то легко получается. А я обидой побита. Потому что «Я тоже, кажется, влюбилась в тебя, Майк Марино».

Он садится за руль, и я вижу, как наклоняется к Сильвии, или кто это, и бесстыже ее целует. С языком, глубоко, долго.

Как бы окна ни запотели.

Упаковка падает из рук. Она, мать его, пять евро стоила! Нужно было потребовать их с этого гонщика.

– Татьяна Жемчужина? – отвлекаюсь на голос.

Мужчина средних лет, с ужасной бородкой, но довольно располагающей к себе улыбкой.

– Меня зовут Леонардо Гатти. Мы можем с вами поговорить? Дело касается Майка Марино."

"Глава 3. Таня"

"Полгода назад

Август

– Это очень вкусно! – прикрываю глаза, чтобы не показывать, как они закатываются от удовольствия.

Я настоящий кофеман. А когда в жару ты заказываешь кофейную граниту, кажется, чтобы тебя поцеловали небеса.

– По-моему, ничего особенного. Замороженный кофе и взбитые сливки. Лучше бы съели джелато.

Марта, моя близкая подруга, цепляет ложкой воздушную пену и отправляет в рот. Кривится и отставляет стаканчик. Я с жадностью на него смотрю, когда свою граниту еще не доела.

– Ты только резко не оборачивайся, но сейчас сюда вошел Майк Марино, – говорит еле слышно, но уже пищит от восторга.

– Кто?

– Майк. Марино, – смотрит так, будто первый раз видит. А мы знакомы добрые десять лет.

– Футболист? Никогда о таком не слышала.

Здесь, в Италии, и в Риме в частности, настолько все фанатеют от футбола, что если ты вдруг не знаешь всех членов лиги и сборной, то тебя даже могут депортировать.

Шутка.

– Ты вчера, что ль, родилась? А еще говорила, что обожаешь все итальянское.

Все посетители кафе начали перешептываться. Этот Майк Марино ничего не замечает или делает вид. На нем типичная итальянская «форма»: брюки и свободная белая рубашка. На глазах очки. О-очень дорогие.

Еще часы. Но здесь совсем неинтересно, потому что на запястье банальные «Apple Watch».

Кроссовки модные.

На голове беспорядок. Ему бы подстричься.

– Красивый, да? – Марта вмешивается в мои мысли.