Его секретарша

К тебе он больше точно не сунется, его уже предупредили, чтобы не смел соваться.

— Зачем вы… все это делаете? — беспомощно пробормотала я.

— Потому что ты мне не безразлична.

— Не верю.

— А ты поверь.

Я опустилась на табуретку и понуро уставилась на тлеющую сигарету.

— Вы странный.

— Это мне говорит девушка, которую чуть не проиграли в карты в нелегальном казино?

— Я попала в нехорошую историю из-за чужого долга. Здесь нет моей вины. И вы оплатили не мой долг, а долг моего отца. Надеюсь, вы понимаете, что я вам ничем не обязана за ваш порыв?

— Ты всегда так благодаришь за помощь? — бросил Облонский.

— В общем, жду тебя завтра на рабочем месте. Надеюсь, без похмельного синдрома, — помолчав несколько мгновений, добавил он.

— До встречи, Владимир Николаевич.

— До встречи.

Он отключился, а я все продолжала сидеть на потертой балконной табуретке и пялиться на угасшую сигарету.

Мне снова было больно. Почему некоторые мужчины так западают в душу, что причиняют страдания одним своим голосом? Повозился со своей Ирой за закрытой дверью кабинета, а потом позвонил, и благородно сообщил, что я ему не безразлична. Только мне его подачки не нужны.

«Тебе нужен он сам, да?» — услужливо подкинуло мысль пьяное подсознание.

«У него есть другая!» — слушая, как громко ругается из-за отсутствия спичек на кухне Жаннетта, нахмурилась я.

Глава 36. Маша

Утро пятого мая было не очень добрым.

Распахнула шкаф и достала оттуда приталенные серые брючки-капри в тонкую полоску. С белой офисной блузкой и коротким пиджаком самое то. На выходе быстро скользнула в черные лодочки, подхватила свою черную сумку и заспешила вниз, где меня ожидало такси.

Облонского с утра не было. Я заказала упаковку минеральной воды, ланч, и принялась разбирать корпоративную почту.

Он ворвался в приемную в начале одиннадцатого."

"— Маша, найди договора по «Стеле», — без приветствия навис над моим столом босс. — Все, которые проходили за последние полгода. Перекинь их на флешку, а потом удали из компьютера все, что найдешь.

Я невольно уставилась на его жилистые запястья. На правом поблескивал браслет золотых часов.