Его сбежавшая невеста

Я обещал мальцу, что в этом доме Эвелину не тронут до самого обряда.

— Как удобно, что обряд позади, а трогать ее будут не в этом доме, — подмигиваю я. — Если ты, конечно, не боишься, что не справишься с мальчишкой, когда его мамочка его покинет.

— Не справлюсь? В своем доме?

— Я просто предположил… — улыбаюсь как можно шире, чтобы не думать про взгляд Евы. Она, может, и не слышит половину, но все понимает. Понимает, что эта игра может закончиться печально прямо сейчас. Для нас с ней точно. Она вряд ли сможет отказаться от сына, вряд ли сможет уйти из дома без него, но ей придется.

"— Рашид! Я просил ее себе! — продолжает рядом стоять Ильдар, который слушал нас с полным недоверием. Но Рашид уверен, что разбирается в людях. Скорее всего именно так у него мой отец отобрал дом.

— У тебя полный дом жен и любовниц. А свою жену я могу дарить, кому пожелаю. — рявкает Рашид, затем поворачивается ко мне. — Но за твои слова я бы мог отрубить тебе голову, Черепанов. Какое ты имеешь право во мне сомневаться?! Во мне, минотавре и человеке, который пережил кому?

— Нет-нет, я в тебе ни мгновение не сомневался. Я даже считаю, — вальяжно усаживаюсь я и кидаю в рот виноградинку под злобный взгляд Ильдара.

— В былые?!

— Ну сейчас, после затяжной комы, силы не те.

— Ты пять лет просидел в инвалидной коляске, а говоришь мне про силы? — ржет он, широко открывая рот, демонстрируя часть желтых вставных зубов. Пятку бы ему туда. С размаху. Выбить те, что остались. — Да я тебя за один раунд сделаю.

— Даже не за три? — делаю вид, что мне страшно, но подключаюсь. — А давай забьемся.

— Много говоришь! Будет бой! И никто больше и слова про меня не скажет, ясно тебе!? Мне будет очень приятно убить сына ублюдка, меня обманувшего.

— Кстати, об этом. Выиграешь — отдам тебе дом. Говорят, могилы твоих предков на том же месте.

Сказать, что Рашид был поражен, ничего не сказать. И нет, он почти не подал виду.