Его нельзя любить. Сводные

Валя, — смотрит на Берга, но тот как и все мы, выглядит растерянным.

— Янис Вячеславович, что-то не так?

Гирш ухмыляется и усаживается в свое кресло, оставляя вопрос без ответа.

Что я чувствую в этот момент?

Раздражение. Прошлое догоняет, а я так сильно этого не хочу.

Взгляд не прячу. Смотрю на Гирша как на самого обычного клиента. Он не хуже и не лучше других. Он моя работа. А работу я привыкла делать хорошо.

Правда, думаю, что теперь он нас точно не одобрит.

Поджимаю губы и смотрю на Макса, думаю, он все по моему взгляду понимает.

— И чего молчим? — Ян смотрит на часы, украшающие запястье, — двадцать минут у вас. Удивите. Предыдущие ваши обделались на третьей минуте.

— Вас же там не было, — выдаю без эмоций.

— С чего ты так решила?

Гирш давит взглядом, но на меня это давно не действует. Откидываю волосы назад и пожимаю плечами.

— Слышала.

— Ника, — Макс смотрит на меня так, будто вот-вот стукнет.

Прокашливаюсь и поднимаюсь.

Главное — презентовать, причем так, будто никакого Яна я перед собой не вижу.

Делаю глубокий вдох, а потом слышу громкий детский плач. Он совсем близко, кажется за той дверью, откуда вышел Ян.

Растерянно смотрю в сторону шума, а потом поворачиваю голову, сталкиваясь с Яном глазами.

— Ты сказал за ней проследят, — раздражается Ян, кидая претензию Бергу.

— Я сейчас проверю, Янис Вячеславович, — Валентин начинает суетиться и скрывается за дверью.

Застываю с приоткрытым ртом, если честно.

У него ребенок?

— Вы презентовать сегодня собираетесь? — Гирш откидывается в кресло, постукивая по столу ручкой.

* Конструктивные решения (КР) – обязательная часть создаваемой проектной документации, включающая подробную проработку несущего конструктива сооружения, обеспечивающего его надежность, прочность, а также долговечность КР обозначают специфику, а также назначение конструкций, тип применяемых стройматериалов, отражают принятые в разделе АР концепции и расчетные схемы.

37.3

Ребенок. Ребенок. Ребенок!

У него есть ребенок!

Может быть, у меня слуховая галлюцинация?

Смотрю на проектор, крепко сжимая в руках телефон. Макс уже начал что-то говорить Яну, я же пока в прострации. До сих пор слышу детский плач. Да что за дичь со мной творится?

Меня это не касается. Ян уже давно не часть моей реальности, не часть меня. Я вылечилась.

Наличие у него ребенка, да хоть десяти, ничего уже не изменит.

Пять лет прошло.