Его нельзя любить. Сводные

У них был набор гейм-дизайнеров. Огромный конкурс, куда я запрыгнул в последний вагон.

Почему они выбрали меня, понятия не имею. Тупо повезло.

Нас таких шесть. Везунчиков.

На самом деле, они позвонили мне еще вчера, как раз перед моей поездкой в бар.

— Я думал, ты давно уже ничем подобным не занимаешься, сынок.

— Я тоже думал, но тут как-то пообщался с мамой…не важно короче.

Папа меняется в лице. Складка между бровей становится глубже. Он всегда так реагирует, когда кто-то о ней говорит.

— Как она?

Неужели я слышу в голосе отца беспокойство, и его же вижу на Ладкином лице?

— Нормально, вчера привез ее домой.

— Это радует. Передавай ей привет.

— Ты всегда можешь сделать это сам.

Папа смотрит на свою новую жену, и поджимает губы.

— Ян, я тебя искренне поздравляю, — влезает Ладка, чтобы разбавить затянувшееся молчание своей трескотней.

— Ага, спасибо.

— И я. Ты молодец, — тихий голос Ники отзывается мурашками по всему телу.

Она впервые что-то сказала с момента, как я пришел.

— Спасибо, — скольжу рукой под стол и сжимаю ее пальцы.

Ника вздрагивает, покрываясь румянцем, слегка заостряя уголки губ в намечающейся улыбке.

Дальнейший ужин проходит под Ладкину болтовню. Она треплется обо всем на свете. Про свой магазин, о том, как сходила на фитнес, и короночка, пятнадцать минут лопочет про то, что ее девочка-стилист эмигрировала. Как же она теперь без укладки-то будет?!

Бред. Все это просто бред.

Под конец, уши вянут даже у моего папаши, который до этого делал вид, что внимательно ее слушает.

— Я пойду, — Ника поднимается из-за стола, — мне еще нужно почитать лекцию. Заранее спокойной ночи.

Наблюдаю за тем, как покачиваются ее бедра, чувствуя на себе взгляд отца.

— Че? — ухмыляюсь и развожу руки в стороны.

— Ничего, — он закатывает глаза, но никак не комментирует увиденное. — Ты останешься?

— Думаю да. Мне надо собрать кой-какие шмотки. Хочу забрать на квартиру.

Папа кивает. Еще минут пять мы сидим в тишине, прежде чем они с Ладкой сваливают.

Как только это происходит, возвращаюсь в тачку и забираю своего уродца и поднимаюсь на второй этаж. Замираю у двери Ники. Прежде чем постучать, делаю глубокий вдох.

И куда делась вся моя наглость? Как по минному полю хожу, шаг влево, шаг вправо…

Ладно. Заношу кулак над деревянной поверхностью. Стучу.

Ника открывает не сразу. А когда это происходит, замирает с приоткрытым ртом.

— Ты?

— Не ждала? Мы же договаривались.

— Точно.