На крыльях

Может быть, простит все и бросится к Алине, как и всегда, а может быть, совсем забудет ее, поняв, что та любит лишь свои мысли об Антоне. Но точно знал одно – он хочет двигаться вперед. Развиваться.

На знаменитый фестиваль, на котором собралось уже огромное количество народа, Кирилл в составе группы «На краю» и их команды, включая Андрея и Луну, прибыл утром. Он боялся, что люди вокруг поймут: он – ненастоящий Кей, однако никто не тыкал в него пальцем и не кричал: «Фальшивка!»

Он сфотографировался с каким-то волосатым типом, который, как оказалось, был легендой рока, сказал пару слов русскоязычному блоггеру, проникшему на территорию для музыкантов, заставленную палатками и автобусам.

Какой-то темноволосый тип с весело блестящими глазами помахал ему издалека и Кирилл узнал в нем своего тезку, о котором рассказывал брат. И отсалютовал в ответ. Темноволосый подмигнул и исчез.

Вместе с музыкантами НК Кирилл наблюдал на стартом фестиваля и выступлениями групп.

Он никогда не любил рок, не бывал в местах скопления любителей тяжелой музыки и считал, что быть чьим-то поклонником – это глупость.

Раньше Кирилл считал мечты Антона блажью. Думал, что этот надменный придурок просто хочет внимания и славы, вот и возомнил себя рок-музыкантом. А теперь, видя всех этих людей с горящими глазами, глядя на огромную толпу, которая с утра стала собираться на поле, чувствуя особую атмосферу легкости и свободы, Кирилл понимал, насколько музыка была важна для Антона.

Музыка была его смыслом, его призванием, его жизнью.

– Все в порядке? – тихо спросил Кирилла Арин. Его голос он расслышал с трудом из-за громкой, бьющей по легким музыки.

Тропинин кивнул.

– Антон ведь приедет? – спросил опасливо Кирилл, глядя на время. Выходить на сцену вместо брата он не собирался.

– Приедет, – твердо сказал Арин.

* * *Когда небо расчертила надвое тонкая молния, он, склонившись, чуть приподнял мой подбородок двумя пальцами и нежно поцеловал, заставив забыть на несколько минут обо всем на свете. Я могла лишь гладить его по волосам, отвечая на мягкий, но настойчивый поцелуй. И пустота внутри исчезала вместе с дождем, оставляя лишь чистый аромат грозовой свежести.

– Спасибо, что ждала меня, – прошептал Антон, не отпуская.