На крыльях

Я, решившись, назвала небоскреб, располагающийся неподалеку от отеля, в котором находилась смотровая площадка – отзывы на это место в Интернете были потрясающими, как и фотографии. Там, над городом, люди должны будут обращать внимание не друг на друга, а на чудесную панораму. По крайней мере, я на это надеялась.

Кирилл согласился, едва услышав, и сказал, что через два часа будет на месте.

– Только, пожалуйста, приди, – сказал Кирилл. – Обещаешь, Катя?

– Обещаю, – вздохнула я. – Но это как-то поможет группе Антона?

– Может быть, – дал туманный ответ Кирилл.

Я развернулась и, никуда не поехав, вышла из метро. Прогулялась немного, нервничая и то и дело лихорадочно хватаясь за телефон. Я даже позвонила Антону, чтобы аккуратно спросить, правда ли это, что их сняли с фестиваля, но его мобильник не отвечал, и тогда я набрала Фила.

– Что-то случилось, Катя? – мягко спросил он. Голос у него, как и всегда, был медовым, но я уловила в нем тревогу.

– Извини, что мешаю… Не могу дозвониться до Антона. С ним все в порядке? – спросила я.

– Да, а почему ты спрашиваешь? – удивленно поинтересовался Фил.

– Слышала, что проблемы с выступлением на фестивале, – ответила я.

– Что? – стал голос Фила резким, и я сначала вдруг подумала, что Кирилл обманул меня, как тогда, когда говорил, что никогда не встречался с Антоном. Но все оказалось иначе.

– Откуда ты знаешь? – спросил он потрясенно. – Это что, просочилось в Интернет?!

Я впервые слышала, чтобы так Фил паниковал. И мне стало страшно. Кажется, Кезон говорил правду.

Какие-то проблемы с выступлением группы…

– Нет-нет, мне об этом написал Антон, а я волнуюсь о нем, – скороговоркой выпалила я. И Фил облегченно выдохнул.

– Это какая-то мистика. Сначала нас пригласили, вчера – отстранили. А несколько часов назад позвонили и сказали, что все в порядке – мы есть в списках. Но до сих пор как-то стремно. Вдруг вновь какие-то проблемы… Ты знаешь, Катенька, – вдруг сказал медвежонок, которого иногда в разговорах со мной пробивало на откровенности. И только в его, наверное, устах, уменьшительно-ласкательный вариант моего имени не звучал иронично.

 – Этот фест… Он многое для меня значит. И для парней – тоже. Раньше я только мечтал попасть на сцену чего-то подобного. Этот фестиваль был для меня культовым. И выступление здесь казалось чем-то нереальным. И до сих пор кажется нереальным. Если бы несколько лет назад мне кто-то сказал: «Фил, ты будешь зажигать в таком месте, перед такой огромной толпой!», я бы не поверил.