На крыльях

– Запомни, мальчик, – сказала Алина перед тем, как выйти из автомобиля на пустую, ярко освещенную дорогу, – никто не имеет права читать мне нотации. А такой, как ты, – тем более.

– Какой – такой? – весело спросил Рэн. Его почему-то все это забавляло.

– Второсортный, – прошептала ему на ухо Алина, щекоча дыханием и обдавая горьковатым ароматом дорогих духов.

– Зачем они тебе? – спросила Алина напоследок, прежде чем открыть дверь и уйти, и Рэн отлично понял ее.

– Чтобы помнить, – ответил он.

– Чтобы помнить, нужна память, а не шрамы, – сказала Лескова уверенно.

Рэн вдруг подумал, что она ведет себя точно так же, как Фил, который поначалу отрицал, что наркоман, и говорил, что в любой момент может бросить.

Черноволосая девушка вышла из машины, громко хлопнув дверью, и пошла прочь, стуча каблуками.

– Горячая штучка, – проводил ее взглядом водитель.

– Обжечься можно, – хмыкнул Рэн, подумав, что Арин ему навешает за то, что он отпустил его сестричку посреди ночи. А что он мог поделать? Удержать ее силой.

Ненормальная.

А его шрамы стали частью его памяти.

* * *Следующий день был суматошным. Я ничего не успевала и ужасно нервничала. И хотя свадьба Ниночки и Келлы несколько отличалась от других свадеб, на которых я была, не включала в себя поездку в ЗАГС, выкуп или традиционное катание по городу кортежем, но дел все равно было ужасно много.

Когда утром, поспав несколько часов, я пошла мыть голову, выяснилось, что отключили горячую воду, мне пришлось нагревать себе холодную, и все это заняло много времени.

На свадьбу лучшей подруги я должна была надеть то самое платье, которое она мне подарила: коктейльное атласное, цвета румян, с элегантно задрапированной юбкой в стиле шестидесятых и с декольте, украшенным прозрачным кружевом.

Когда я уже вышла из подъезда, выяснила, что забыла опознавательный знак подружки невесты – изысканный браслет из нежнейших пионов и бледно-розовых лент. Пришлось возвращаться.

К часу дня, запыхавшись, я, наконец, прибежала к Журавлям. Дома у них была шумная предпраздничная суматоха.