На крыльях

Выглянув за дверь и убедившись, что родители ушли, Журавль поманила Келлу за собой. В коридоре они неожиданно встретили ее младшего брата.

– Привет, – озадаченно сказал Сергей, увидев синеволосого.

– Салют, хлопец, – панибратски хлопнул его по плечу Келла. – Как спалось?

– Хорошо…

– Чего не в школе?

– К четвертому уроку сегодня, – промямлил Сергей. – А ты что тут делаешь?

– Гощу, – широко улыбнулся Келла.

– А-а-а, – протянул Сергей.

– Скажешь родителям – ты труп, – предупредила брата Нина и за руку потащила Келлу следом за собой.

Еще через пять минут, не забыв украсть у девушки еще один поцелуй, Келла покинул квартиру Журавлей, довольный и отчего-то бодрый. Нина тоже больше не засыпала. Она некоторое время лежала на измятых простынях, которые все еще хранили запах Келлы, и думала над собственной жизнью.

* * *А следующая встреча с родителями Ефима произошла уже запланировано – тем же вечером, когда семейство Журавлей чинно в полном составе прибыло в один тихий итальянский ресторанчик на берегу реки, для того чтобы с глазу на глаз встретиться с семьей жениха Ниночки.

Журавли пришли первыми и расселись по левую сторону длинного стола. Сергею было откровенно скучно, и он, пока отец и мать не видели, переписывался с друзьями, Ирка поглядывала за соседний столик, за которым сидел симпатичный молодой человек, Ниночка трясла ногой и потягивала из трубочки смузи, а Виктор Андреевич и Софья Павловна то и дело поглядывали на дверь и переговаривались.

– Давно мечтал посмотреть на людей, которые взяли грех на душу и сделали Зелибобу.

– Витя, это мы рано приехали, – говорила его супруга. Она одета была достаточно нейтрально: в костюм нежного светло-кофейного цвета, однако серьги и кольцо сверкали благородным бриллиантовым блеском, который нельзя было спутать ни с чем другим.

Выглядеть оба Нинкиных родителя перед родственниками Келлы желали достойно. Чтобы те понимали, с кем имеют дело.

– Они могли приехать еще раньше, – ворчал дядя Витя. – Ненавижу понапрасну терять время.

– Терпение, дорогой, – говорила Софья Павловна. – И, пожалуйста, веди себя достойно.

– А что, – въедливо поинтересовался тот, – я обычно веду себя недостаточно достойно?"

"– Ты бываешь слишком эмоционален.