Дырка от бублика

— Рим, признайся, из-за чего Юрка дрался с Астаповым? — неожиданно спросила Элла. — Я имею в виду ту грандиозную драку возле банка. Из-за чего она случилась?

— Понятия не имею, — мрачно ответила ей сестра. — Сколько я ни спрашивала, муж молчал, как партизан. Астапов потом уже мне доложил: «Мы дрались из-за моей жены». Без подробностей.

— А почему ты мне ничего не сказала?!

— Ревновала потому что! Сама не можешь догадаться?

— Это такая глупость!

— Глупость? — Римма выпустила дым через ноздри, как дракон.

 — Юрка ведь не сам ушел от тебя ко мне. Я его увела. Это две большие разницы.

— Я давно тебя простила, — сказала Элла, помахав перчаткой возле лица. — Терпеть не могу, когда ты куришь!

— Я сама терпеть не могу, — пробормотала та.

— И что теперь делать? — спросила Элла.

— Наверное, надо просто ждать. Вот Юрка придет в себя и все расскажет. Кто завел его на эту крышу и спихнул вниз.

— Должно быть, убийца, — сказала Элла. — Она, кто же еще?

— Женщина? — переспросила Римма. — В черном пальто? Не знаю, не знаю.

Эта женщина в пальто похожа на подставную фигуру. Может быть, убийца специально подослал ее под каким-нибудь предлогом на место преступления?

— Что ты! Это слишком сложно. Получается, что убийство было запланированым, а не случайным.

— Ну и что?

— Ты бы могла запланировать убить кого-нибудь сковородкой?

— Да, действительно. Как-то некругло. — Римма помолчала. — Может, теперь, после покушения на Юрку, милиция поставит все наши телефоны на прослушку. Звони только из автомата и говори: «Это Оля? Нет? Простите, я ошиблась номером».

Я буду знать, что ты хочешь со мной встретиться. Встречаться будем здесь, примерно через два часа после звонка. Устроит?"

"Они обнялись, и Элла поехала выполнять поручения Овсянникова. Она была рада, что Римма рассказала про Юрку правду — невзирая на строгое предупреждение милиции. Как бы она продолжала этот свой маскарад и притворялась племянницей Шведова, думая, что Юрка умер? Врачи сказали, что есть шансы, а они слов на ветер не бросают!

Троллейбус, в который она села, застрял в пробке на узенькой улочке и встал насмерть.

Пешком идти было слишком далеко, тем более что на дворе похолодало. Через полчаса сидения в промерзшей насквозь железной коробке у Эллы окоченели ноги. Она била сапогом по сапогу и ничего не чувствовала. Благо любимая подруга Лариса Трошина жила у той же самой станции метро, что и Римма, и мама. Девочки родились, выросли и учились в этом районе.