Дырка от бублика

Однако откуда в этом случае начинать расследование, как не с места преступления?

ГЛАВА 4

Когда Жека Овсянников открыл дверь и увидел Эллу, то сразу же воскликнул:

— Ого!

Она тоже хотела воскликнуть «Ого!», потому что этот самый Жека оказался здоровенным мужиком с перебитым носом и длинной светлой челкой, падавшей на один пытливый глаз. Второй пытливый глаз был откровенно синим, без всяких оскорбительных крапинок и обводок. «Он ужасно некрасивый! — пронеслось в голове у Эллы. — Не правильные черты лица, слишком большой рот, слишком близко посаженные глаза».

— Очень приятно познакомиться. Евгений, — сказал Овсянников, нимало не смущаясь, и насмешливо улыбнулся. И протянул ей огромную лапу — поздороваться.

Элла с опаской вложила в нее ладонь и пропищала:

— Бэлла.

Шведов посоветовал ей остановиться на этом варианте, чтобы не запутаться."

"— Зуб даю, — сказал он, — когда задумаешься, то на Вику или Машу просто не среагируешь.

— Бэлла, — пробормотал Овсянников. — Как жаль, что мне запретили выступать в роли Печорина…

— Категорически запретили, — вскинулся Шведов. — Считай, что моя племянница — это твоя племянница.

— Понял, не дурак.

— Ну, — воскликнул Шведов с фальшивым оживлением, — вот и познакомились! Распоряжайся Бэллой по своему усмотрению. Ну, в смысле, она может приступить к работе прямо завтра с утра, — спохватившись, поправился он.

Как только Шведов суетливо попрощался и захлопнул за собой дверь, Элла мгновенно почувствовала себя блохой, свалившейся на паркет.

— Предлагаю сразу же перейти на «ты», — сказал Овсянников, прислонившись к косяку и сложив на груди ручищи. — Комната для тебя готова. Сразу хочу оговорить некоторые моменты. Питаюсь я в основном в ресторанах. Так что готовить для меня не надо. Так же, как стирать и убирать.

— А я где буду питаться? — тут же спросила Элла, которая с утра ничего не ела. Желудок сводило, как челюсти у голодной акулы.

— Поскольку ты теперь у меня на довольствии, то будем питаться вместе. Где я, там и ты. Если тебя это устраивает.

— А сегодня? — спросила Элла.

— Что сегодня? — не понял он.

— Где я сегодня буду питаться?

Овсянников вскинул руку и посмотрел на часы. Впрочем, он сделал это демонстративно, потому что и так знал, что давно перевалило за полночь. За окнами было темно, а эта девица стояла и хлопала кукольными глазами за стеклами узких очков без оправы.