Дважды коронован

И поверь, ситуация будет очень серьезная, потому что мои пацаны волю законного вора исполнят. А они у меня серьезные... Ну, так что?

– Мне со своими связаться надо...

– Не вопрос. – Спартак достал из кармана мобильный телефон, протянул Гене.

– Э-э, я не могу так, по телефону. Мне бы лично встретиться...

– Тоже не вопрос. Пусть подъезжают. Есть комната для свиданий, разрешение получишь. Я этот вопрос решу, а ты свой решай, – кивнул Спартак.

Никуда Гена от него не денется. И он сам это уже понял. Поэтому и взял дрожащей рукой трубку.

* * *"

"Горячая блондинка сначала изображала страсть, завывала, как порнозвезда перед камерами, но сейчас на ее лице страх, и стонет она больше от боли, чем от удовольствия. Гена разошелся не на шутку, но всему есть предел...

– Ужас какой-то... – выползая из-под него, пробормотала блондинка. – У вас тут все такие?

– Хочешь, всех через тебя пропущу? Тогда узнаешь.

– Не надо.

Она спрыгнула с койки, оделась. А он продолжал лежать, пуская в потолок кольца дыма.

Глупо все получилось.

Но возможность еще не упущена. Более того, проигрыш мог обернуться выигрышем. Если Гена сможет выбить деньги на общак, авторитет его от этого только поднимется.

Не очень он верил тому, что Фурман был обычным отморозком и не работал на знаменскую братву. Потому и пристрелили его, что много знал. Одним словом, Гена очень хотел наказать Спартака за то, что тот покушался на его жизнь. Но при этом даже готов был простить ему обиду, лишь бы занять его место. И убивать его не придется. За два года Гена вырастет до авторитета большой величины, которым он, по большому счету, и являлся, и это позволит ему взять под свой контроль общак и стать лагерным смотрящим.

Только прощать Спартака что-то не очень хотелось.

Гена связался с Качаном, запросил встречу, намекнул, что непонятки возникли с самим смотрящим зоны. И еще дал понять, что комната для свиданий не место для серьезного и откровенного разговора, ведь ее легко взять на прослушку. Дима все понял, поэтому прислал стриптизершу, которая назвалась гражданской женой Гены.