Дурман

Она так ухватилась за возможность избавить его от этой привычки, прекрасно помня, что и ей непросто оказалось бросить, что на многое готова была закрыть глаза. Однажды, пользуясь тем, что с «режимом» посвободнее стало, выбралась в магазин и накупила всяких разных сыров, чтобы Виталия «побаловать». И пичкала его деликатесами каждый раз, когда чувствовала, что муж на пределе. Неизменно веселя его этими попытками.

— Я так разжирею, Танюша, — пытался отказаться Виталий от ее кулинарных изысканий.

— Ага, как же, при такой нервотрепке — вряд ли, — отмахивалась она от его опасений.

И Виталя все равно ел то, что она ему предлагала. А Тане оставалось надеяться, что ему хоть немного легче от ее попыток.

Еще Таня сильно нервничала о том, как он расстанется с домом, который столько для него значил. Сама неожиданно сильно расстроилась, когда Виталя сказал ей, что выставляет и дом Димы, и их — на продажу. Привязалась к этому месту. Столько с ним для нее оказалось связано, что и за родной квартирой, в которой выросла, так не убивалась, кажется.

— Мы жизнь перевернули задом наперед, Танюш, все по новой начинаем, значит и дом пора новый искать. Наш с тобой, общий.

Пытался уже ее успокоить Виталий, видя, как Таня волнуется. И вещи ей собирать помогал, в основном одежду и какие-то мелочи, дорогие сердцу.

— Все остальное — там купим, Тань. Новое. В конце концов, не с пустыми карманами уезжаем, — немного ворчливо замечал муж на ее грустные вздохи.

И Таня старалась не спорить, «отпустить» ситуацию. Если он так хотел, ей в принципе сожалеть не о чем. Она забирала из этого дома самое главное — Виталия и их семью, их любовь. Ну и Бакса, конечно. Куда ж без него? Несмотря на так и не исчезнувшую привычку спать то на ней, то на Виталии, особенно часто на груди или голове последнего, оба обожали своего питомца.

Таня немного нервничала по поводу того, как все сложится на новом месте, и чем она будет заниматься там, когда Виталий погрузится с головой в их новый проект с Калиненко. Но не портила этими мыслями настроение мужу. Он от всего, чего добился и имел отказался из-за ее просьбы, по сути. Так что и ей жаловаться — грех."

"А вот когда они добрались до нового места жительства — пришла в дикий восторг.