Дурман

— Ты, какого черта, раздетая выперлась на холод, Таня? — все-таки начал ругать.

А она уже понадеялась, что эту тему опустят.

— Боялась, что вы уедете, что не успею. И с тобой так хотелось поговорить. — Она уткнулась носом ему в шею. Такая кожа горячая. Такой родной и необходимый ей. — Правда, не знала, можно ли при Елизавете? — вопросительно глянула на него из своего убежища.

— При Лизе — пока не надо, Тань. Даже когда переедешь. С Батей я все решил. Объяснил, — Казак скривился. — Не то, чтобы Димка со мной согласен, у него на этот счет свое мнение, но понял, кажется.

Только, Танюш, я ему до конца помогу эту кашу разгрести, иначе — не могу. — Глянул на нее и вопросительно, и твердо разом.

Таня просто кивнула, не спрашивая о деталях. Сейчас уже по-другому решила подходить к этому моменту. Иначе не выйдет ничего хорошего снова. Как бы там ни было, а выводы она делать умела. Даже, если больно от этого, и против чего-то в себе. Ради любви к нему, готова на такие жертвы. Теперь уже готова.

— А вот Лизе пока в это вникать не надо, хорошо? Она вечно среди журналюг крутится, работа такая.

Там я тебя, вообще, светить не хочу. Чем меньше людей знать будет, что, да как — тем мне легче тебя защитить.

— Хорошо.

Спорить не хотелось. Накрыло какой-то волной покоя и облегчения, что это — решили. И что снова вместе будут. Пусть и понимала: не все просто. И времена обоим предстоят нелегкие.

В этот день Виталий перехватил ее на половине дороги к дому, ожидая их с водителем на одной из улиц. И следующим утром сам решил до клиники отвезти.

А уехать не успел. Пересекся с Лизой, которая чуть раньше приехала свою подопечную проведать. Умудрился сделать вид, что так и было задумано, главное. И, с невозмутимым видом, ничего не объясняя, заявил, что вновь их сопровождает, на всякий случай. А Тане было забавно смотреть, как он невозмутимо использовал этот предлог, чтобы по клинике пройтись с полным правом.

ГЛАВА 29

Теперь Таня вела себя иначе. Не было неосведомленности их первой попытки жить вместе; отсутствовало и отреченное нежелание узнавать истинные мотивы друг друга — второго раза.

Они оба понимали, на что пошел другой ради общего взгляда на свою реальность. Оба ценили эти уступки.

— Ключи от квартиры сдай, Танечка — потребовал Виталий, едва она переступила ворота дома в первый вечер. — Больше я тебя туда, хр** отпущу, — протянул руку и глянул с повелением.

Она не спорила. Даже улыбнулась такому категоричному требованию. Молча вытянула ключи из сумки и отдала ему.