На границе империй. Том 2 (СИ)

— Ничего не говори, я тебе уже говорил мне бы твои проблемы.

— С себя будет тысяча за взлом всего этого."

"— Не вопрос, только будет ещё скафандр и винтовка.

Когда я пристроил винтовку на пассажирском отсеке аэробайка, сверху прикрыл её своей рубашкой, а теперь сдёрнул её с неё.

— Это же последняя модель — сказал Слим, когда увидел её — Она ведь кучу кредов стоит.

— Взломать сможешь?

— Наверно, нужно пробовать.

— Пробуй.

Пока он занимался раскодировкой бластеров и игольников, достал из багажника трофейный скафандр.

— Слим для всех я просто покупатель. Прихожу периодически в магазин и что-то покупаю. Лично ты меня не знаешь. Для тебя так будет лучше. Так и говори, если будут обо мне спрашивать.

— Понял тебя.

Он ушёл обратно в магазин, а мне было как-то неспокойно за него. Прислушался к себе, но так и не понял, что мне хочет подсказать интуиция. Похоже, нервы шалят. Впрочем, это было неудивительно. После него вылетел к Дису. Он был на месте, но занят. Пришлось прождать около часа во дворе его клиники пока он освободиться. Он опять вышел со своим прибором для нейросетей и линейкой.

— Привет. Ты что-то ко мне зачастил?

— Я не специально так получилось.

— Рассказывай это кому-то другому, четверых положил и не специально.

— Они сами на меня напали.

— Верю.

— Откуда?

— Нейросети не определяются. Сам посмотри.

Он показал мне прибор. Там показывало нейросеть, и дальше были просто прочерки.

— Может он у тебя сломался?

— Нет, прибор рабочий.

Он навёл на себя и прибор высветил, что у нейросеть медик вторичная

— Действительно работает. Что тогда не так с этими нейросетями?

— Это значит, что нейросети у них полицейские или СБ.

— Я хотел себе такую установить.

— Это невозможно. Они при снятии или смерти владельца разрушаются полностью. Эти, судя по всему, уже разрушились.

Сказать, что я был расстроен, это ничего не сказать. Кто мог знать, что вот так получиться с нейросетями. Все мои планы рухнули в один момент. Вдобавок меня теперь активнее искать будут.

— Может можно с ними что-то сделать? — с последней надеждой в голосе спросил его.

— Ничего не сделаешь, только на выброс.

— Совсем никак?

— Никак.