Он тебя не любит(?)

Какая уж там речка… Вон окно открыто, свежего воздуха тут завались! Он и не подумает спать, разве только если сам отрубится.

Снова и снова Макар возвращался к себе домой, но главное, он знал, что Эва чувствует то же самое. А значит, она тоже его любит.

***Эва сама не помнила, как они оказались в постели. Сначала просто целовались, а потом все произошло так стремительно, она и опомниться не успела! Или это Макар ее загипнотизировал, как удав? Он и обвился вокруг нее как удав, оплетя руками и ногами, хорошо, Эва спохватилась, что надо предупредить отца.

Говорила с Арсеном, а Макар целовал спину, ласкал живот, легонько касаясь пальцами и поглаживая. Но когда руки стали спускаться ниже, Эва поспешно попрощалась и отключила телефон, как будто отец мог их сейчас видеть. Хотя вряд ли это остановило бы Макара…

…Следующий день подходил к вечеру.

Как они целовались! Будто это последние мгновения, будто у них остались считанные секунды, чтобы насытиться, и эти секунды на исходе. Наверное, Макар подумал о том же, потому что вдруг оторвался от нее и продышал в ухо рвано:

— Никогда больше, слышишь, никогда больше не смей от меня убегать!

— Не буду.

— Не плачь, Эвочка, я так люблю тебя, если бы ты знала…

— Я знаю, — она вытирала его влажный лоб и прижималась к нему щекой, — я тоже…

Они как раз оба подобрались к финишу, как тут Макар отпрянул, несколько раз выдохнул, а затем вдруг захватил волосы на затылке и уставился знакомым сканирующим взглядом.

— Скажи, что ты меня любишь!

Она гладила его лицо, плечи, он ловил губами пальцы, прикусывал, а потом снова требовал:

— Скажи, Эва!

Она утвердительно кивала, обхватывала его ногами и просила, снедаемая неутоленным желанием:

— Пожалуйста, Макар…

Но он упрямо повторял, обездвиживая ее, и она сдалась:

— Ты мой единственный мужчина, Макар, мне даже не хотелось никого. Никогда. Потому что если не так, как с тобой, лучше вообще никак.

Мир рассыпался цветными фейерверками, Эва хваталась за скользкие плечи Макара такими же скользкими пальцами и думала, что вряд ли в мире существует нужная им звукоизоляция.

Эпилог. Часть 2

Зарисовки— Ну что тут можно сказать, — Навроцкий так и не притронулся к предложенному коньяку, задумчиво разглядывая потолок, — это, конечно, полный абзац.

— А я тебе о чем, — согласился с ним Ямпольский.