Дорога в один конец

Не то у меня положение, чтобы неразумную инициативу проявлять. Да и то сказать, с памятью до сих пор хреновато, ничего особо ценного и полезного она мне пока поведать не может. Так что и козырей нет никаких, чтобы отбиться в случае подобного наезда.

Значит, что?"

"Значит, сиди, старшина Красовский, на своем месте. Воюй, как тебе и положено, в меру своих старшинских разумений. Вот в этих пределах – хоть на голове стой! А дальше – не суйся!

Я и не суюсь.

Вот ребят своих, как старых, так и новоприбывших, гоняю нещадно – только зубы клацают.

За что уже и заслужил репутацию малость охреневшего. Мол, сдвинулся мужик на войне, совсем озверел… берега не видит. Не могу сказать, что мне от этого сильно поплохело, даже наоборот – зауважали некоторые. Да и репутация эта, она тоже положительные стороны имеет. Во всяком разе, одного такого ухажера от Ниночки как ветром снесло, стоило ему узнать, к о м у он тут дорожку перебежать пробует. Телефонист против разведчика не канает.

А вот ротный – правильный мужик, мои способности оценил.

То, как я на людей поглядываю, как с бойцами работаю, да и вообще… После же случая с мнимым корреспондентом (вот не повезло ему прямо на мой взвод сдуру вылезти – да еще и во время занятий) так и вовсе зауважал. Решил, что у меня глаз наметан на всяких там шпионов. Опять же, успешно пройденная проверка в Особом отделе – это тут нынче вроде пресловутого «знака качества». Мол, проверенный кадр – двоих стоит. Разубеждать я его, естественно, не пытаюсь (то, что вы еще не сидите, – это не ваша заслуга, а наш непростительный ляп) и при случае стараюсь всячески этот самый «знак качества» подтвердить. После зимы, когда нам нехило так врезали по мордасам, в дивизии начались всяческие перетряски, и ротного перевели на другое место службы, вроде бы с повышением. Он при этом как-то ухитрился выцарапать с собою и нас, тех, кто еще уцелел в боях. Один фиг, разведроту надо было формировать заново. Вот так я и попал в двести восемьдесят шестую дивизию. На мой взгляд – так почти однохренственно. Если не учитывать того, что прежняя моя часть сейчас воюет на Ораниенбаумском пятачке…

* * *К нам даже от соседей народ пару раз заезжал – обмен опытом, так сказать. Правда, в основном это свелось к тому, что народ смотрел на наши (точнее, мои) дрыгоножества и рукомашества. Здесь так пока не умеют, вернее, умеют немногие. Оттого и ценят подобные художества. Вот и к нам во взвод прислали троих ребят, чтобы они наскоро кое-чему обучились бы.