Дорога в один конец

Даже из соседних частей бойцы на учебу приезжали.

Капитан постукивает по столу карандашом, делает какую-то пометку у себя в блокноте.

– То есть факт своей связи с немецкой разведкой вы отрицаете?

– Разумеется, отрицаю, гражданин капитан! Я ж с ума еще не сошел.

– А с кем из немецких офицеров вы встречались во время отступления?

– Обер-лейтенант Ханс Штольц. Он командовал подразделением егерей, которое шло по нашему следу.

Обрадованный капитан что-то записывает.

– Ну, сразу бы так! И что он вам сказал? Какие приказания отдал?

– Долго жить приказал, гражданин капитан.

Азаров с недоумением на меня смотрит.

– Да застрелил я его! А пистолет отобрал и Охримчуку отдал. Его-то винтовка на месте подрыва осталась.

– Да? И чем вы можете подтвердить свои слова?

– Ну, документов я у него спросить не удосужился. Но на пистолете есть табличка. И там чернотой по серебру написано: «Лейтенанту Штольцу за верную службу фюреру и великой Германии». Ну, или что-то в этом роде, я сейчас точно уже не помню.

Азаров озадаченно смотрит на меня, но слова все-таки записывает.

– Откуда вы взяли пулемет?

– Я его забрал у убитых пулеметчиков еще при переходе линии фронта. И как дурак потащил с собой. Потом опомнился и спрятал его в старом окопе. Завернул в плащ-палатку, маслом ее полил, рядом коробка с маслом от «максима» валялась. Положил на землю и засыпал стреляными гильзами. Их там чуть не по щиколотку было навалено.

– Хотите сказать, что он там столько времени пролежал?

– Столько – это сколько, товарищ капитан? Пару дней он бы и просто на улице простоял, ничего бы с ним не сделалось.

– Вы настолько хорошо знаете немецкое оружие?

А вот тут он меня ловит. Вопрос с подковырочкой, очень даже непростой. Если я сейчас отвечаю утвердительно, то следующий вопрос будет: «А где же это вы его так хорошо изучили?» Слово за слово, а там и немецкий язык всплывет. А если еще хватит ума сделать запрос туда, где учился настоящий Максим Красовский, да еще и фото попросить… Вот тогда-то мне точно кирдык и придет.

Делаю обиженное лицо.

– Товарищ капитан… Мы же разведчики все-таки. Хотим того или не хотим, а знать оружие противника просто обязаны. Попробуй ответь что-нибудь не так проверяющему!

* * *"

"А вот теперь, дорогуша, голова будет болеть уже у тебя. Информацию я сообщил вполне, между прочим, правдоподобную. Дарственная табличка на пистолете имеется. Хочет того капитан или нет, а проверить эти сведения обязан. Правда, я не питаю особенных иллюзий на этот счет.