Дом для дракончиков, или обрести человечность (СИ)

– Думаю, торопиться вам уже не стоит, – успел сказать Себастьян, когда стоящий впереди остальных всадник лет сорока, в добротной одежде и на хорошем коне, увидел бежавшую к нему семью и быстро спешился.

– Дядя Шерман, – первым в него врезался Волис, потом женщины. Мужчина обнял всех, потом сжал в общую охапку и возблагодарил небеса, что они живы.

– А остальные где? - напряжённым голосом спросил крепкий бородатый мужик лет пятидесяти, с обветренным лицом и большими, явно знавшими тяжёлую работу руками, сидящий на неосёдланной лошади.

– Верити, где Холден? – Тут и Шерман заметил, что кое-кого не хватает.

– Остальные в порядке, - oтветил бородачу Себастьян. - Кроме… – он оглянулся на вдову.

– Холдена уби-и-или, – Верити разрыдалась на плече… брата? Деверя? Кого еще её дети могли называть дядей?

Шерман посмурнел, крепче прижал к себе женщину и всхлипывающих детей и растерянно оглянулся на своих спутников. Те слегка расслабились после слов Себастьяна, но сейчас снова напряглись.

– Думаю, нам всем нужно поговорить, а вам еще и отдохнуть, как и вашим лошадям, – предложил Себастьян, и мужчины закивали, а некоторые сразу спешилась.

"И Себастьян оглянулся на Джиба, стоявшего среди остальных наших мужчин. Они выстроились полукругом за спиной Себастьяна, чётко показывая приезжим, кто у нас главный, а заодно эдак ненавязчиво загородив от них обоз, а точнее, как я понимаю, наш фургон.

И хотя приезжие были верхом, и у многих под рукой были арбалеты, мечи или даже просто дубинки, а наши спутники стояли на земле безоружными, у меня появилось очень странное и вроде бы нелогичное чувство, что кучке людей противостоит организованное войско.

– Сделаем, - кивнул Джиб и тут же начал раздавать команды обозникам помоложе, отправляя кого за дровами, кого за водой, кого помочь Кипу корoв доить.

А Верити с детьми повела… пусть своего брата, егo реакция на известие о смерти её мужа была не совсем той, какую ждёшь он брата погибшего. Он скорее жалел и сострадал женщине и детям, чем испытывал личное горе,так что, наверное, её брат. В общем, Верити повела Шермана к своей телеге,и её рыдания сегодня были тихими и искренними, не то, что вчера, ну и хорошо.