Доходный дом мадам Зоуи

Мне хочет помочь в ущерб себе совершенно посторонний человек, а я заявляю, что желаю прогуляться. Но не успела я и слова сказать, как мизель Нола продолжила, – оставлю вам адрес дома, где я снимаю комнату, если вдруг заблудитесь, отдайте его любому кеперу, он вас доставит. Если меня не будет, я мадам Отом оставлю рины, чтобы хозяйка с ним рассчиталась. И предупрежу, чтобы она проводила вас в мою комнату, скажу – вы моя тётя из Винпата.

– Мизель Нола, вы очень добры, – чувство вины за недоверие к такой чудесной девушке стало разрастаться, и я всё больше ощущала себя неблагодарной свинюшкой, – мне неловко…

– Мадам Зоуи, думаю, вы бы на моём месте поступили также.

– Спасибо, мизель Нола.

– Если соберётесь покупать платье, заходите по нечётным дням в «Элегантэ», – с улыбкой проговорила девушка, улучив момент, махнула рукой на прощание и рванула через дорогу.

Я же, оставшись в одиночестве, некоторое время растерянно озиралась, вглядывалась в спешащих по своим делам людей, смотрела на проезжающие по дороге смешные машинки и вычурные кареты, пока мой взгляд не наткнулся на вывеску, на которой была изображена книга. Долго не раздумывая, я устремилась к невысокому зданию.

Небольшое, узкое помещение было похоже на книжный магазин, ну или библиотеку, если мне повезёт. Книг было немного, но для проверки навыков мне хватило бы и одной. За прилавком никого не было, и я не решалась без разрешения взять с полки книгу, поэтому, замерев на пороге, начала громко покашливать. Моя уловка возымела действие, и вскоре из-за шкафа вышел старичок."

"– Добрый день, не подскажете, на какой полке стоят книги об истории мира? – проговорила я, надеясь, что не ошиблась в определении.

– Нет такой, можешь взять историю Гимериума, в первых главах есть краткое описание истории мира, – проворчал старик, явно недовольный тем, что я отвлекла его от, видимо, очень важных дел.

– Я посмотрю?

– Бери.

Услышав заветное слово, я, сделав широкий шаг, оказалась у полки с книгами и тут же разочарованно выдохнула. Буквы на корешках мне были незнакомы, и прочесть, что на них написано, я не смогла.