Догнать и жениться (СИ)

— Чай пить не хочу, — трагическим тоном предупредила Катя, потирая шею. — Сразу лягу. Может, подремать удастся.

— Не надейся, — довольно хмыкнул он, выходя на свежий воздух.

Катерина устало глянула на себя в зеркало. Отметила мешки под глазами и, найдя на полке у свекрови какой-то приличный крем, спокойно нанесла на лицо. А потом, закрыв веки, принялась лихорадочно перебирать варианты, как раз и навсегда отвадить Сарычева. Минут через десять она вышла из баньки. Быстро прошмыгнула в близлежащий сарай, внимательно огляделась по сторонам и, взяв с собой черенок от лопаты, незаметно прошла в самую дальнюю спальню.

Ждать милого.

Этим вечером Феликс Алексеевич Сарычев чувствовал себя победителем. Оказывается, уломать Катьку ничего не стоило. Больше разговоров было о ее крутости и стервозности. А как заломил руку и слегка надавил на шею, так девочка смирилась.

«Рыпнулась, конечно, пару раз, — мысленно хмыкнул он, усаживаясь рядом с отцом на кухонный диван. — Но я ей показал, что значит тягаться с настоящим мужиком.

Теперь главное — от себя не отпускать. Жить пока останемся с родителями. Лето. Алисе полезно на свежем воздухе гулять, а не в планшет пялиться. Да и Катьку придется на коротком поводке держать, пока не понесет. Дальше все по накатанной. С работы уволю. Нечего с пузом в офис таскаться. А родится ребенок, сразу еще одним награжу. И у меня имидж поменяется. Отец семейства, трое детей. Солидно, мать вашу. То, что требовалось, в сжатые сроки. Опять-такизатраты нулевые. Катьку по кабакам и театрам выгуливать не надо. Брюлики давно подарены», — мысленно хохотнул он.

Неспешно обсудил с отцом ситуацию в Европе и США и, дождавшись, когда от Катерины к себе в комнату бешеным лебедем пронесется Алиса, лениво направился к жене.

Он толкнул плечом дверь, намереваясь сразу же приступить к осуществлению первой части плана, но что-то заело. Попробовал еще раз. Безрезультатно.

— Катя, дверь захлопнулась, отопри, — тихо постучал он и опешил, услышав твердый негромкий голос:

— Сарычев, отвали.

Стучать и выламывать дверь бесполезно. Тут, кстати, дрын от лопаты нашелся. Тебе его не переломить. Поднимешь шум, только перед родителями опозоришься.

— Ладно, — рыкнул Феликс, понимая, что Катерина права. — Я тебе еще припомню, курва, — возвестил он, надеясь, что она услышит.

— Милый, сегодняшний вечер не забудется никогда. Ты растоптал последнее уважение к себе.