Дочь мэра (СИ)

На фоне дома Яны, конечно, не так помпезно, но я настойчивый и трудолюбивый, а еще непробиваемый и слишком оптимистично настроенный. Все будет. И плевать, во что надо будет расшибиться.

Слышу какую-то возню на кухне и довольно лыблюсь, да, это чертовски приятно…видеть свою девушку готовящей для тебя завтрак. Это точно ведь она старается для меня. Аж руки потираю, пока на цыпочках подхожу к Облачку со спины. Она со знанием дела нашла муку, о существовании которой я лишь мог бы догадываться, и что-то быстро смешивает и подпевает под видос из ютуба.

Нет. Тут только замереть и не сдохнуть от наслаждения, что затапливает грудину. Вау. Облачко в моей майке-алкоголичке переминается с ноги на ногу. Видеть любимую девушку в своей одежде чертовски приятно. Гордость еще такая берет. Прямо моя-моя.

Эти изящные бедра, округлые ягодицы и тонкий стан сводят с ума, ставят на колени и дают под дых. Очень красиво. Волосы завязаны в пучок, но безумные кудри торчат в разные стороны. Аааа. Я просто кричу от восторга.

Тихо подхожу впритык, но не касаюсь, только впитываю в себя каждое движение своей девочки.

Подняв руку, невесомо провожу по кудряшке, опустившейся между лопаток. Облачко чувствует и разворачивается, держа в руках лопатку. Пугается и резко выдыхает, опуская взгляд на мою грудь. А я на ее выступающие соски самой аппетитной груди в мире.

— Что за побег? Доброе утро, — упираюсь в нее теперь уж точно впритык, показывая, насколько сильно я рад ее видеть.

— Доброе, — смущенно улыбается Облачко и смотрит на меня из-под длиннющих ресниц. Вау. Вау. Вау. Лопатка приземляется в тарелку.

Я не смог бы сдержаться, вот почему первым делом тянусь к губам и обхватываю малышку за талию, а следом сажаю на кухонную поверхность рядом с пакетом муки. Яна визжит, смеется и обхватывает меня за шею. Лучшее чувство в моей жизни после нашего первого секса.

— Богдан, ну я же готовлю.

— Я очень голодный, — шепчу ей в губы, приподнимая майку и оголяя бедра. Мой взгляд туда стекает сразу, но цепляется за острые пики сосков. Косоглазие, привет!

Аааа не выдерживаю и накрываю манящие вишенки алого цвета. Я помню, что они алые, потому что ночью отчаянно впивался в них. Яна слегка морщится. И я тут же отпускаю…

— Болит?

— Саднит, но все хорошо, — ее маленькие ладошки ложатся мне на грудь.