Дочь мэра (СИ)

— Яночка, я Юля, очень приятно!

Яна вручает букет жене именинника.

— Вау, спасибо!

Витек тянет ручки к Облачку, и та совершенно не тушуется, протягивает ему свою в ответ. Ловлю себя на мысли, что дети ей очень идут, а особенно в купе с такой восторженной улыбкой.

— И мне очень приятно.

— Нееее, Яна, я тебе советую волосы спрятать, иначе…будет много крика. Мы сейчас в том возрасте, когда очень упорны в своих желаниях.

Девушки отходят в дом, а к нам выходит генерал. Слава Богу, меня он жалует. Иногда кажется, что больше, чем Клима.

Ну да, это ж не я любимую дочку увел из-под носа. Обвожу взглядом присутствующих и отмечаю, что босса нет. Подозрительно."

"— Исаев! Опоздал! — медленной развязной походкой идет он в нашу сторону с бутылкой коньяка.

— Виктор Григорьевич, виноват.

— Причина? — насупив брови, недовольно переспрашивает.

Интересно, а как Клим и Юлька Витька заделали? Тут же точно батя смог бы лезть с советами…

— Защищал честь девушки.

Почти не вру ведь?

— Ты хочешь сказать развращал? — Мекс открывает рот и ржет.

— Цыц! Штрафную тебе, Исаев…

Штрафную, так штрафную…

Глава 41

ЯНА— Яна, у тебя такие красивые волосы, — Юля осторожно проводит по моим кудрям, которые я так старалась уложить. — Очень красивые, я всегда мечтала о таких, — с детским восторгом практически пищит моя новая знакомая, прижимая пузатого карапуза к себе.

Малыш точная копия мама, как мне кажется, хотя тут уже ходят разговоры, что он копия отец. Вот только Юля и Клим сами по себе похожи, так что…

— Извечная проблема всех девушек.

Мы смеемся, общаемся, я на какое-то время забываю о своих проблемах и включаюсь в дружескую компанию. Проще всего мне, конечно, в обществе Юли и Вали, ее сестры, потому что за столом, увы, одни мужчины, и их так много, что я даже немного теряюсь. Слишком много тестостерона и внимания к моей персоне.

Все «большие» и авторитетные, если уж говорить об отце девочек.

— Яна, добро пожаловать в наш боевой коллектив, — Клим цокается со мной, и от этого становится неловко, ведь праздник у него, а чествуют меня.

Богдан сидит рядом, и его широкая ладонь полностью накрывает мое бедро. От этого мурашки не перестают скакать по телу, только сильнее погружают в томление. Время от времени он наклоняется и целует меня, словно невзначай, но так, что для всех теперь это кажется обыденностью.