Дина

Камиль заваривает мне пакетированный чай, себе делает кофе и усаживается напротив. Чувственный флер подъездных объятий все еще ощутимо витает между нами, заставляя смаковать каждую секунду.

— Не обидно, что тебя променяли на мультики? — с улыбкой спрашиваю я, аккуратно извлекая пакетик из чашки и выкладывая его на салфетку.

— Рано или поздно эта участь постигает всех родителей, — философски изрекает Камиль. — Ты наверняка вела себя так же.

— Я уже не помню, если честно. — Сделав глоток горячего чая, я выжидаю пару секунд и решаюсь.

— Ничем из того, чего я не мог предположить. Общаться не хочет. Вернее, не представляет как.

— Он мне звонил.

Из уставшего взгляд Камиля становится цепким.

— Что сказал?

— Обвинениями не бросался, если ты об этом. Ему просто нужно было выговориться.

Кивает.

— Ясно.

Мне снова хочется его как-то поддержать. Обнять, погладить и пообещать, что все точно наладится. Инстинкт защитницы матери проснулся во мне и пока не желает засыпать.

— Ильдар отходчивый и любит тебя. Вы точно помиритесь. Просто нужно дать ему немного времени.

Камиль молча пьет кофе и никак не комментирует мои не слишком искусные слова утешения, давая понять, что момент слабости прошел.

— Пап, там у меня что-то зависло, — доносится из-за спины расстроенный голос Карины. — Дина, привет.

Девочка подходит к столу, стягивает вскрытую упаковку орешков и начинает жевать. Кажется, она поняла, что нахожусь здесь только сейчас.

— Значит нужно сделать перерыв, — строго говорит Камиль и, положив ладонь на ее тоненькую талию, заботливо подтягивает к себе. Карина не сопротивляется, а напротив, покорно прижимается к его плечу, укладывая на него голову. Выглядит очень мило.

— Когда будет пицца?

— Скоро, сказал же. Но ты конечно не слышала.

— Эти мультики такая зараза, — картинно вздыхает девочка.

— Будет конечно, — усмехается Камиль, подмигивая мне. — Ты я, кстати, смотрю, уже спать хочешь. Давай,как покушаешь, пойдешь спать.

— Ди-и-на, — с тоской стонет девочка, находя взглядом меня. — Скажи папе, чтобы не был таким скучным. Ему не идет.

— Я бы сказала, но и сама после пиццы сразу поеду спать, — серьезно говорю я, решая встать на сторону Камиля.