Дикарь и простушка

 – Интересно бы узнать, что они нашли таким забавным, потому что смеялись весь вечер.

– Говори что хочешь, Мейвис, – вмешалась Эдит, все еще пытавшаяся предотвратить взрыв, хотя знала, что после откровений Мейвис это дело безнадежное. – Это еще не означает, что какой-то мужчина вздумает сделать ей предложение. Или ты забыла о ее дурной крови?

– Да разве мне позволят забыть? – ехидно усмехнулась Мейвис. – Правда, она выглядела счастливой и удивительно живой, несмотря на все дурацкие сплетни.

– Вспомни, кто рассказал об этом нам, – умоляюще пробормотала Джейн, мужественно встав на защиту Офелии.

– Помню, прекрасно помню, кто с таким удовольствием распустил злобные слухи и вновь заставил всех заговорить о забытом скандале.

Офелия вздрогнула, словно получив пощечину. В некотором смысле так все и было. Не осталось никакого сомнения – Мейвис пыталась оскорбить ее. Сама Мейвис была на седьмом небе оттого, что наконец решилась на такой поступок. И ее слова попали прямо в цель.

Эдит ахнула. У потрясенной Джейн отнялся язык.

– Злобные? – пролепетала, заикаясь, Офелия. – Ты… назвала… меня…

– О, пожалуйста, не устраивай сцен, иначе тебя снова могут вышвырнуть из этого дома, – перебила Мейвис с сияющей улыбкой. – Правда, это к лучшему, тогда мы получим возможность как следует повеселиться и хорошо провести время в обществе приличных людей.

Она повернулась и отошла, сознавая, что окончательно порвала со старыми подругами. Но, вспомнив, что всегда симпатизировала Эдит и Джейн, особенно если те не вели себя как безмозглые дурочки в присутствии Офелии, на секунду остановилась:

– Когда вы очнетесь и поймете, что она вам не подруга? Поверьте, она не задумываясь ударила бы вас кинжалом в спину, если бы это помогло ей достичь цели, и не испытывала бы при этом ни малейших угрызений совести.

И с этими словами девушка спокойно отошла, хотя знала, что после случившегося остается только сложить вещи и уехать.

– Ну и ну… – выдохнула Джейн, не зная, как реагировать на мятежные речи бывшей приятельницы.

– И не говори! – поддержала Эдит.

– А я ничуть не удивляюсь, – заявила Офелия, взяв себя в руки, хотя внутри все кипело.