Дикарь и простушка

 – И упомянул я об этом убежище только потому, что, имей я молодую кузину, которая попросила бы меня спрятать ее, наверняка предложил бы остановиться в таком домике, если бы, разумеется, в настоящее время он пустовал. Заметьте, это совсем недалеко отсюда. Не то что от столицы.

– Вы, случайно, не спросили адрес?

– Разве я сказал, что Ньюболт – мой приятель?

Дункан рассеянно взъерошил волосы, но тут его осенило:

– А город велик?

– Манчестер достаточно большой, – рассмеялся Рэйфел, – чтобы надеяться, что вам на первом же углу укажут, куда идти.

У Дункана зачесались руки свернуть негодяю шею за то, что вселил в него напрасные надежды и сам же их развеял. Очевидно, на лице отчетливо отразились его мысли, поскольку Рэйфел поспешно отступил. Но Лок тут же озорно усмехнулся:

– И все-таки я способен помочь вам выпутаться из сложного положения.

– Даже если это чистая правда, в чем я сомневаюсь, с чего вдруг такая доброта?

– Кровь Христова! Не стоит подозревать меня во всех грехах.

Неужели Рэйфел имеет в виду свою сестру? Недаром все время ноет, как ему надоело опекать Аманду. Хочет поскорее выдать ее замуж и отделаться! Не выйдет. Хватит с него и Офелии!

Поэтому Дункан поспешно заверил:

– Ошибаетесь. Не имею ни малейшего желания жениться на ней.

– Нет? Дьявол, а я-то подумал… ладно, значит, не так понял. Но все же готов помочь.

– Каким образом?

– Сделаю предложение Офелии.

– Вижу, вы чертовски лестного о себе мнения, сэр. Не известно, кто из вас двоих выше нос задирает!

– Ничего вы не понимаете, – засмеялся Рэйфел. – Речь идет о титулах, а только это и интересует вашу невесту, если не считать богатства. Не думайте, что она жаждет заполучить именно вас. А титул, который унаследую я, гораздо более высокий, чем ваш.

– Даже если бы все удалось, я не имею права просить вас о такой жертве.

– Какая жертва! – отмахнулся Рэйфел. – Я же не собираюсь вести ее к алтарю. Просто попрошу руки, побуду немного ее женихом, а потом разорву помолвку. Нет, поступлю, как джентльмен, и позволю ей меня бросить. Пусть бедняжка сохранит лицо… и тому подобное. В результате никто не пострадает, а вы избегнете участи горшей, чем сама смерть. Я вернусь к своему обычному распутному образу жизни, стану устраивать оргии, и все будут счастливы.