Дилемма дебютантки

Почему от одной мысли оказаться с Ситоном тет-а-тет у нее начинался желудочный спазм? Почему от мысли, что он упадет на колено и сделает ей предложение, давило на грудь так, что не было никакой возможности дышать?

Нервы! Это просто нервы. Она всегда о чем-нибудь беспокоилась, а эта ситуация была для нее абсолютно новой, поэтому не было ничего удивительного в ее состоянии. Сколько раз она повторяла себе, что все будет нормально, но все равно никак не могла успокоиться!

Поведение ее матери лишь усложняло ситуацию: она то и дело посылала ей умоляющие взгляды, явно призывая дать возможность лорду Ситону пригласить ее прогуляться по саду, где они смогли бы остаться наедине.

Когда дворецкий вдруг распахнул двери в гостиную, Джессика чуть не подскочила от неожиданности. О боже! Нервы, это нервы. Она разгладила юбки руками и опять устроилась на диване.

— Герцог Торнбери! — провозгласил дворецкий, и в гостиную вошел Эйден.

И опять нервы взяли свое.

Взгляд у маркизы, совершенно огорошенной, метнулся к двери. Оно торопливо подошла к герцогу, что-то ему сказала, и вот он уже уселся на софу напротив Джессики.

В углу Элизабет вскинула голову, и они с Джессикой обменялась понимающими взглядами, а потом снова уткнулась в книгу.

— Вы уверены, что не хотите прогуляться в саду? — спросил Джессику лорд Ситон как раз в тот момент, когда Эйден усаживался на софу.

— Я бы не советовал: похоже, дождь собирается, — проговорил тот, устраиваясь поудобнее.

Джессика бросила взгляд на ближайшее окно, в котором виднелось яркое голубое небо, и нахмурилась.

— Что-то непохоже на дождь, — возразил Ситон.

— Я только что с улицы, — желчно заметил Эйден, разглядывая графа в упор.

— Может, и правда лучше не выходить из дому, — вмешалась Джессика, не желая разбираться, почему мысль остаться в гостиной показалась ей в данный момент более разумной.

— Хорошо, — покорно согласился лорд Ситон.