Девушка сына. Я одержим ею

И от резкого, непонятного движения – лечу вниз. Лицом на асфальт.

Не понимаю, что происходит. И только спустя секунду осознаю. Он грабитель! Схватился за сумку!

Я рефлекторно, даже не думая, прижимаю её к себе. И следом волочусь по асфальту, сдирая кожу с ладоней и колен. Те полыхают от соприкосновения с камнем. Как и щека.

Я кричу и останавливаюсь, дыша пылью от уехавшего вперёд мотоцикла. И сумки уже нет.

Откашливаюсь, встаю и не понимаю, что происходит.

Кажется, головой приложилась… Она немного кружится.

На удивление быстро прихожу в себя.

Мои документы… Деньги… Всё было там. Абсолютно. Даже телефон.

И номера мотоцикла не запомнила! Там ключи в сумке. Как я дверь открою?

Хочется разрыдаться вслух.

Да за что мне всё это?!

Сначала Амир, а теперь кража! Что мне ещё до полного комплекта не хватает? Беременность Аси? Я тогда с ума сойду!

Но нет.

Утешаю себя этим и, кутаясь в джинсовую куртку, всё же иду домой. Надеюсь, что у соседки есть запасной ключ.

А пока дрожу от холода и шиплю от саднящих коленок.

А до дома ещё далеко. Денег на метро или маршрутку у меня теперь нет.

И от этого хочется зарыдать ещё сильнее. Я и так только успеваю стирать слёзы, чтобы те не раздражали ранку на щеке.

– Ева?

Грозный и резкий голос, словно выстрел из пушки, доносится до моих ушей.

Я вздрагиваю, поворачиваю голову вбок.

Вижу слишком заметную фигуру Амира. Отчего-то не пугаюсь, как всегда. Равнодушно осматриваю. Он всегда был большим. Натренированным, с широкими плечами и узким тазом. Саидов – идеал фигуры для всех модных обложек. И что он тогда нашёл во мне?.. Я не понимаю.

Мог поиметь любую.

Но наткнулся именно на меня.

Как и здесь. Снова.

– Опять преследуешь меня? – слабо усмехаюсь. На надрыве. Сдерживаю слёзы. При нём не хочу плакать. Вообще нет смысла уже плакать.

– Нет, – обрубает грубо. Ловлю его взгляд на своей щеке. Он спускается ниже, останавливается на моих коленях. Ладони я благополучно прижимаю к груди.

И когда он видит мои разодранные в кровь коленки… На которые я, развернувшись, упала… Его глаза меняются. Становятся настолько тёмными, что я не вижу его зрачков. Ноздри носа слегка подрагивают из-за тяжёлого дыхания, а губы превращаются в одну плотную и тонкую линию.