Девушка сына. Я одержим ею

– Как давно?

– Час назад.

Я встаю с дивана и быстрее иду к себе в комнату. Нет, я не смогу больше ждать.

– И куда вы? – слышу вдогонку.

– К шейху, – выпаливаю, вылетая в коридор.

Я серьёзно намерена пойти к нему.

Они ведь были партнёрами, знакомы. Амир как-то заикнулся, что шейх заинтересован в Саидове. Тот несёт ему деньги, связи. И вряд ли он так просто даст посадить его за решётку.

Хотя… Почему он не спас его в первый раз?

Плевать!

Я сделаю всё, чтобы в этот раз он избежал заключения.

– И что вы скажете?

Я останавливаюсь, разворачиваюсь к Мансуру и честно говорю о своих планах.

– Скажу, что он никого не убивал! – да, это глупо до жути, но… – У них нет доказательств! А я обеспечу ему алиби! Скажу, что, когда бы это ни произошло, мы вместе были!

– Вам не поверят, – недовольно скрещивает руки на груди. – Более того, повяжут как соучастницу. Вам это нужно? Вы беременны, подумайте о ребёнке. Всем будет плевать на него. Вы попадёте за решётку и там его лишитесь.

Я обхватываю живот руками и делаю шаг назад, пугаясь.

Представляю всё это перед глазами и хочу опять заплакать от несправедливости.

– И что ты предлагаешь?

Секундная тишина бьёт в самое сердце.

Как и короткое слово, сказанное в следующий миг:

– Ждать.

Глава 30

День тянется нескончаемо долго. Как и следующий…

– Есть какие-то новости? – хожу из стороны в сторону.

– Нет.

– А вы звонили Лане? Как она? Знает о нем? Когда видела Аяза в последний раз? Ну, хоть что-то спрашивали?

– Спрашивали.

– Ну, Мансур, почему я должна вытягивать из тебя всё клешнями? – зло топаю на месте.

Тяжёлый вздох мужчины раздражает ещё сильнее.

– Звонили. Спрашивали. Сказала, что не верит, что Аяз мёртв. И будет защищать Амира в любом случае.

Пф. Нашлась тут, защитница.

– Успокойтесь, Ева. Мы ищем. Господин Саидов передал вам, чтобы вы не волновались. Съездили на УЗИ."

"– Что? – выпаливаю, приближаясь к мужчине. Заглядываю ему в лицо. – Амир передал? Как? Вы связывались?

Он резко подпрыгивает со стула, и выкидывает из рук какие-то бумажки.

– Вот вы приставучая!

– Мансур! – кричу на него. – Говори! Я беременная и бешеная! Не зли меня!

Вижу, как он сам раздражается. И так грозный мужчина становится ещё более устрашающим.

– С Амиром всё в порядке. Он сидит в общей камере, ожидая суда. Мы можем общаться, но не всегда.

– А ты сказал, что новостей нет!

– Для меня это не новости, – морщится. – Но если вам будет спокойнее… Аяза видели на пресечении двух эмиратов.