Девятое правило дворянина

Вот жаль только, что дочь Селим-паши мне поблагодарить так и не удалось. Понятия не имею, что с ней не так, но на прощальном ужине турок снова провожал нас один. А на мой вопрос как мне поблагодарить его дочь, он сказал лишь, что это необязательно. Хотя по нему было видно, что этот момент был ему не очень приятен.

Да и сам он не захотел ничего принимать от меня в знак благодарности. Сабуров намекнул, что они сами между собой сочтутся и если от меня что-то потребуется — он даст знать.

На том мы с ним и расстались.

Князя-дракона ждала Москва, а потом родное Валаамское княжество. Ну а меня Испанское королевство и остров Пальма, где была намечена одна важная встреча, которую я уже очень давно ждал.

Не могу сказать, что магистр Ордена «Люди Браво» был рад слышать мой голос в телефоне, когда я предупреждал о своем визите.

Это было вполне логично. Я бы на его месте реагировал схожим образом. Ну а как иначе? Мы ведь на данный момент ничего друг другу не должны, все долги розданы. Так что ему было над чем подумать до моего приезда.

Впрочем, это к лучшему — пусть накидает себе побольше вариантов, понервничает… Я ведь когда-то тоже из-за него немного понервничал, так что и здесь сочтемся.

В резиденцию к Хавьеру Рабадану я приехал под вечер, когда жара уже немного спала и понемногу становилось легче дышать.

Кардинал встретил меня лично у ворот сразу же, как только охрана доложила о моем приезде. Он вышел ко мне в легкой домашней одежде, с улыбкой на лице и лишь по глазам можно было прочитать, что на самом он немного встревожен.

Однако по походке этого не скажешь — мягкий, уверенный шаг… Кажется, что он в любой момент готов к прыжку, чтобы нанести смертельный удар, если это вдруг потребуется.

— Владимир Михайлович, рад вас видеть, — сказал он и вскинул руки, будто встречал старого доброго друга. Вот же хитрый старик…

— Добрый вечер, магистр, — с улыбкой ответил я. — Вы уж не обижайтесь, что я пугаю вас своим визитом. Честно говоря, не думал, что наши дорожки еще раз пересекутся.

— Пугать? — он немного прищурился, но выражение лица при этом не изменилось совершенно.