Когда он был порочным

Малярийный жар всегда спадал к утру. Вечером все начиналось снова, разумеется, и часто с ужасной силой, но потом обязательно отпускало и давало передышку на целый день.

– Это не малярия, - снова сказала она. Глаза у нее подозрительно блестели.

– Я же тебе говорил, - заметил он, и это было правдой, но в глубине-то души он тогда думал другое.

– Ты не умрешь, - прошептала она и закусила нижнюю губу.

– А ты боялась, что я умру? - спросил он спокойно.

– Конечно, боялась, - отозвалась она, даже и не пытаясь скрывать, что горло у нее перехватывает от волнения.

Он понятия не имел, что она хотела этим сказать, но догадывался - что-то хорошее.

Она вскочила на ноги, так что спинка стула ударилась о стену. Возле чашки с бульоном лежала салфетка, она схватила эту салфетку и промокнула глаза.

– Фрэнни? - шепотом позвал он.

– Ты такой - как все мужчины! - сердито сказала она. Он только брови поднял при этом обвинении.

– Тебе следует узнать, что я… - Но она не договорила.

– Что, что, Франческа?

Она тряхнула головой и сказала:

– Не сейчас! - Причем ему показалось, что обращалась она скорее к себе, чем к нему. - Скоро, но не сейчас.

Он захлопал глазами.

– Прости, я не понял - что?

– Мне нужно пойти кое-куда, - ответила она кратко и даже резко. - Мне нужно кое-что сделать.

– В полдевятого утра?

– Я скоро вернусь, - сказала она и поспешила к двери. - Никуда не уходи.

– Ах, какая досада! А я-то собирался съездить к королевскому двору, - попытался он разрядить ситуацию шуткой.

Но Франческа была так занята своими мыслями, что даже не сочла нужным упрекнуть его за неуместный юмор.

– Я скоро, - сказала она. Странно, но слова ее прозвучали как обещание. - Я скоро вернусь.

Все, что он мог, - это пожать плечами, глядя на закрывшуюся за ней дверь.

Глава 24

…Я не знаю, как сказать это, более того, не знаю, как новость эта будет тобой воспринята, но мы с Майклом поженились три дня назад.

Из письма графини Килмартин вдовствующей графине Килмартин, написано три дня спустя после ее бракосочетания с графом Килмартином.