Держи меня, Земля!

Она чувствовала себя мечтой, безумной фантазией, зыбким миражом, наркотической галлюцинацией, воплощённой в плоти и крови, в которую Кирилл всё никак не мог поверить.

Когда Лера уже встала с мягкого диванчика, Кирилл поправил упавшие ей на лицо волосы, поцеловал её в уголок губ и, обняв за плечи, привёл снова к машине."

"Со стороны они вели себя вполне адекватно, но по всем внутренним признакам их, как трясина, уже затягивало это безумие. Особенно это стало явно, когда Кирилл начал целовать Леру на подземной автостоянке.

Лера была готова услышать, что он сейчас застонет, потому что она сама готова была застонать. Никогда ни для кого она не была такой желанной. Никого и никогда она не хотела так, чтобы наплевать на всё, и отдаться здесь и сейчас, таким невыносимым спазмом свело низ живота.

Кирилл упёрся в спинку кресла позади Леры и отодвинулся, прилагая усилия.

— Надо идти, — выдохнул он.

— Скажи куда, какой этаж, — тяжело дыша, ответила Лера.

— Я провожу тебя, — поморщился он, прищурив один глаз. Лера понимала, где у него сейчас болит, но Кирилл выдохнул, справился и вымученно улыбнулся. — Как коллега коллегу.

Хотелось поправить испорченный макияж, припудрить носик, убедиться, что не перекошена блузка, но увидеть себя в зеркале ей повезло только в лифте.

Губы слегка припухли. И она едва успела стереть свою помаду с губ Кирилла, когда лифт, похожий на межгалактический лайнер, остановился, чтобы принять на борт пассажиров.

— Кирилл Александрович, — поздоровались с ним две девушки.

Он кивнул и подмигнул Лере, когда они отвернулись.

— Валерия Владимировна, — представил он Леру, пропустив вперёд себя в огромную дверь из матового стекла с логотипом корпорации. — Прошу не обижать и всячески беречь наши бесценные кадры с периферии. Я присоединюсь к вам позднее, — он посмотрел на часы, — если успею.

— Кирилл Александрович, — кинулся к нему высокий пухловатый парень, когда тот уже отправился к выходу.

Лера не слышала, о чём они говорили. Устраивалась за столом, знакомилась с коллегами, но всё же поймала взгляд Кирилла, перед тем как за ним закрылась дверь. Ничто никогда не вдохновляло её так, как этот его спокойный и уверенный взгляд. Кирилл посмотрел даже не с восхищением — с гордостью.

Но, к сожалению, не вернулся на их заседание, которое к концу стало похоже не на рабочее совещание, а на непринуждённую беседу старых друзей.