Держи меня, Земля!

Но ты осталась непреклонна. Неумолима. Несгибаема. И всё только потому, что неистово хотела денег, которые оставил мой дед?

— Это мои деньги, сучка! — подала голос Валентина Дмитриевна, про которую все забыли. А она так и сидела за столом, наблюдая за происходящим.

— Заткнись, шавка подзаборная, — развернулась к ней Настя на своих длинных, как у журавля, ногах. — Неужели ты думала, что дед оставит тебе что-то действительно ценное?

— Нет, тебе, видимо, подстилка драная, оставит, — усмехнулась та. — Что, столько усилий и всё напрасно? А может, не надо было в обе стороны ноги-то раздвигать?

И она так красноречиво показала глазами то на Кирилла, то на Степана, что даже у Леры не осталось сомнений, что она имела в виду.

— Кирилл, это неправда, — испуганно уставилась на него Настя. — Клянусь, неправда. Чем хочешь поклянусь, — взмолилась она.

— Ты думаешь, мне есть до этого дело? — махнул Кирилл рукой, приглашая маму.

— Хм, квартиру ей теперь отдай, — хмыкнула Нина Григорьевна, входя вместе с мужчиной в чёрном костюме.

Она села рядом с Лерой, испепеляя невестку взглядом.

— Присаживайтесь, Иван Романович, — предложил Кирилл. — И ты прижми задницу. Что ты скачешь, как блоха. Не нужны мне больше твои великодушные разрешения. Правда, Иван Романович? — обратился он к мужчине, давая ему слово, когда Настя очередной раз села.

— Да, согласно книге записей актов гражданского состояния села Нагорное… — начал свою речь мужчина.

— Стёпа, сука, — перебила его Настя, гневно уставившись на Степана.

— Кирилл Александрович, мне продолжать? — поднял голову мужчина от документа.

— Да, конечно, само решение, пожалуйста, — Кирилл сложил руки на груди и довольно улыбнулся, глядя на Настю.

— Согласно решению суда, брак признан недействительным, так как на момент заключения брака с Кириллом Александровичем Неверовым, Анастасия Витальевна уже состояла в другом зарегистрированном браке со Степаном Николаевичем…

Настя закрыла лицо руками.

А Лера почувствовала, как её мягко тянут за руку. Обернулась."

"— Пойдём-ка покурим, — кивнула ей Нина Григорьевна в сторону выхода. — Пусть они тут без нас поговорят.

Глава 44

Лера вышла на улицу, на ходу застёгивая шубу.

Они с Ниной Григорьевной пристроились на крыльце, прямо возле урны, хотя там тоже, наверное, нельзя было курить, но мама Кирилла достала свои тонкие сигареты, щёлкнула зажигалкой.

— Я ничего не понимаю, — призналась Лера.