Да здравствует принц!

То, что сейчас происходит в Октавии, мне самому не нравится. Но я могу всё исправить.

– Как? – Он прыснул от негодования. – По-твоему, это дело пяти минут?

– Нет, но я…

– Ты, – Джером грубо ткнул меня пальцем в грудь, – даже не можешь справиться со своей силой, а пытаешься изменить всю страну.

Я не желал выслушивать очередную лекцию о своих натянутых отношениях с тёмной материей. Скэриэл, очевидно, ввёл его в курс дела. Впрочем, это не было тайной в Центральном районе, так к чему скрывать подобное в Запретных землях? Но колкие слова задели за живое.

– Чистокровка, не способный управлять тёмной материей, – усмехнулся Джером. – Насколько же ты ужасен в этом, если полукровка помогал тебе?

Я толкнул его, не так сильно, как мог, но чтобы ясно дать понять: на одном разговоре мы не закончим, если он продолжит в том же духе.

– Прекрати, а не то…

Джером ухмыльнулся.

– Что? Нажалуешься на меня своему братцу? О, точно, сводному братцу. Что скажет твоя сестрёнка, когда узнает об этом? А друзья? Останутся ли они с тобой, после того как поймут, что ты не Хитклиф, сын банкира?

Это был запрещённый приём.

– Не вмешивай в это Габриэллу. Ты тоже ни черта обо мне не знаешь.

– Я знаю о тебе достаточно. – Голос его так и источал яд.

От ярости руки сами непроизвольно сжались в кулаки. Кровь стучала в висках.

– Правда такова, что ты даже себя защитить не можешь. Ни себя, ни свою семью, ни своих друзей.

– А что насчёт тебя? Ты можешь защитить тех, кто тебе дорог?"

"Оскал Джерома сменился растерянным выражением лица, словно я ударил под дых.

– И я не могу, – вдруг обречённо выдохнул он, а затем с горечью прошептал, будто боясь собственных слов: – Мы оба ничего не можем сделать ни Скэриэлу, ни системе Октавии.

Я был в смятении. Окинув меня угрюмым взглядом, он добавил:

– Так что заткнись и беги домой, пока тебе есть куда бежать.

– Пока?

Джером прикусил губу и отвернулся.

– Что ты имеешь в виду?

Он взял телефон в руки, изобразив полное равнодушие.

– Я уже всё сказал.

– Джером!

– Отвали, Хитклиф.

Недолго думая, я присел на колено и вытащил нож, спрятанный под штаниной в высоком ботинке. В жгучей ярости направил лезвие на Джерома и свирепо проговорил:

– Может, так ты будешь воспринимать меня всерьёз?

Он посмотрел на меня с таким недоумением, будто я размахивал не ножом – чёрт меня дёрнул вообще его достать, – а зубочисткой.

– Откуда это у тебя? – Он решительно направился ко мне.