Чужая невеста для сына герцога

Кто же знал, что он никогда не увидит больше старшего брата…

Вымывшись, Эдрик оделся, и Тумос подал ему рубиновую брошь.

Теперь можно было идти в фамильный склеп, где похоронили Равьера.

Он отправился в сад. Там, в дальнем углу, окруженный со всех сторон плетистыми цветущими розами, был расположен белый мраморный купол, под которым находилось последнее пристанище его предков. Возле склепа всегда дежурил привратник, который поклонился, узнав Эдрика.

Привратник открыл дверь большим ключом, и Эдрик, освещая себе путь факелом, спустился вниз по нескольким каменным ступеням.

Внизу под мраморными плитами в тишине спали вечным сном его предки, герцоги и герцогини Алтуэзии. Он нашел плиту, под которой покоился Равьер.

На плите было выбито «Равьер, сын герцога Ирвика Девятого». На камне лежали розы, которые еще не успели увясть. Неподалеку были плиты с именами Джайлы и Кирры, первой жены брата, его деда — Ирвика Восьмого, и матери, герцогини Анаиры. Всех этих людей он знал, разговаривал и смеялся с ними, и вот теперь снова стоял здесь, оплакивая свою потерю.

"Эдрик почувствовал себя безмерно одиноким, стоя возле камня с именем брата. Казалось, плита легла ему на сердце непомерной тяжестью и не дает дышать.

Почему-то ему вспомнилось, как в детстве они с братьями запускали бумажного змея в саду. Айвенор тогда нарисовал драконью морду на черной вощеной бумаге и приклеил красные стекляшки вместо глаз, Равьер держал тонкую бечевку, на которой крепился змей, а Эдрик сжимал в руках деревянный игрушечный меч, воображая себя Ирвиком Отважным.

Никогда он уже не будет мальчишкой, запускавшим с братьями бумажного змея в саду.

Теперь он остался один, у Айвенора вместо могильной плиты морской песок, а от Равьера осталась только горстка пепла.

— Равьер, как же так, — пробормотал Эдрик, и наконец зарыдал.

16.3

Первый советник Камиер Бриас стоял перед дверями кабинета Ирвика Девятого. Он ожидал, пока герцогу доложат о его приезде, и размышлял. Внезапная смерть наследного герцога наверняка принесет перемены, и Бриас должен четко понимать, какие именно. Равьер был серьезным и благоразумным, из него получился бы вскоре хороший правитель, и он прислушивался к мнению советников.