Чужая невеста для сына герцога

Оранжевые глаза жреца с вертикальными зрачками загорелись глубоким янтарным светом и стали похожи на угли ночного костра. Все его чувства обострились, и тысячи образов обрушились на него, как горная лавина.

Шу-вээс услышал, как стрекочут цикады в саду, как смеются поварята на кухне, как где-то недалеко жарко стонет от любовной страсти женщина в летней ночи.

Почувствовал запахи жареной оленины и пряный аромат игристого итерлейского вина, терпкую вонь бродячего зверинца, который расположился невдалеке от замка, и пьянящее благоухание белого жасмина.

Шу-вээс всмотрелся в карту, ровная поверхность которой уже покрылась рябью. Будто мелкие волны появились на речной глади от легкого ветерка, и рисунки на карте, изображающие земли, реки, долины, горы и Дымное море, замелькали разноцветными огоньками.

Каждые три месяца Шу-вээс повторял этот обряд. В эту ночь мужская планета Треон и женская планета Эла встают в небе друг напротив друга. В этот день приходят откровения и исполняются пророчества. В эту ночь лучше всего зачинать детей и обращаться с молитвами к светлой богине Кайниэль.

Жрецу не хотелось ошибиться, как уже было много раз за последние годы. Он ловил знаки, которые посылали ему видения, складывал из них узоры и намечал пути.

Вот уже сколько раз отправлялся он с отрядом к манящей заветной цели, но она опять ускользала от него. Знаки словно размывались, таяли, как снег на солнечной поляне по весне. Прибыв на место, он понимал, что ошибся, кружил на месте, упорно пытаясь определить нужное направление, а потом понуро возвращался обратно, как старая гончая, потерявшая след.

Но сегодня Шу-вээс почувствовал яркий всплеск магии. Он провел ладонь над картой, и в руку словно вонзились сотни маленьких серебряных игл. Да, это здесь, в долине реки Арды.

На этот раз он не ошибется. Он найдет ту, которую ищет. Он найдет аэсти (2), которая спасет их мир и исполнит пророчество.

Шу-вээс прикрыл глаза. Действие зелья отступало, и он почувствовал, как болят кости, ведь ему уже почти триста лет.

На рассвете, едва первые лучи солнца забрезжили над зубцами герцогского замка, Шу-вээс вошел в покои его светлейшества Ирвика Девятого, герцога Алтуэзского.